Прошлась по стенам-
поняла что — зря,
то ль вы сошли с ума,
то ль я…
Пресловутый ЧС, удивительным образом, напоминает
подземелье неведомого сказочно-загадочного леса
с его одиночными камерами многоразового использования,
из которых всевозможными способами стараются переслать
весточку на волю —
будь то прошение о помиловании,
или кляуза на совершившего
злодеяние.
Питер Хег. Смилла и ее чувство снега
Нервный срыв совсем необязательно бывает срывом, он может наступить так, что ты тихо и спокойно погружаешься в равнодушие.
Чарльз Диккенс. Приключения Оливера Твиста
Слёзы очищают лёгкие, умывают лицо, укрепляют зрение и успокаивают нервы — так плачь же хорошенько!
Человек способен понять лишь то, до чего внутренне дорос, а словами, даже самыми правильными, его только запутаешь.
Труднее всего любить то, с чем связана твоя жизнь. Педагогу сложнее всего любить детей, врачу-назойливых больных… Бывают моменты, когда каждому из них кажется, что он ненавидит свою работу. Однако, в такой ненависти, усталости и раздражении часто больше привязанности, чем в сюсюкающей и показной любви…
Скажи, мне Октябрь, в чем вера твоя?
Ты все растеряешь до срока!
Уже осыпается ветром листва,
Кострами дымит невысоко.
.Скажи, мне Октябрь в чем гордость твоя?
Сгибаешь униженно спины и плачешь дождями простуды даря, и холодом гонишь в квартиры.
Скажи, мне Октябрь, что чувствуешь ты
, Когда прогибаясь под ветром
По лужам бегут завернувшись в зонты влюбленные в жаркое лето?-
Смеется Октябрь, листвой золотой
И солнцем в янтарном бокале…
Гордится Октябрь своей красотой и воздухом чистым хрустальным…
И вера его до небес высока
Бликует в оконном проеме…
--Когда, ты тепло обнимаешь меня, про лето, уже я не помню!
Стреляла метко Доброта
из гранатомёта Муха,
лишая смело силы Зла
и зрения, и слуха.)
Тонкая натура — это такая натура, которая тонко даёт тебе понять, что и как.
Как жаль, что степень ума у многих ограничивается отметкой «зависть…»
Выхожу сегодня утром на кухню, а там мой сынуля — в телевизор плюется:
— Мам, ну ты только послушай, что эти уроды несут!
А по ящику в этот момент очередной антисоветский серил показывали — про «.лагеря, кровавый сталинский террор, мерзавцев-НКВДэшников» и прочий набор. «Отрыв» называется. Про послевоенные времена.
— Подобную хрень только за завтраком и смотреть! — замечаю ему я. — Пищеварение испортишь!
— Да я только потому и не переключил на другой канал, — оправдывается Артем, — что здесь Петренко в главной роли (Игорь Петренко — его любимый актер). Однако, теперь он в моих глазах-то подупал, — криво усмехнулся сын.
— Представляешь, — гневно продолжает он, — там один из советских офицеров боевому товарищу своему говорит: «Мы всю Европу прошли и видели, как там люди живут… Это мы — нищие, а там — … Вернулись домой, а у нас — всё тот же… голяк.»… — Голяк, мама, представляешь — ГОЛЯК???
Тёмка весь аж трясся от злости:
— Это он, гнида, про страну, в которой чуть ли не половина территории лежала в развалинах, миллионы погибших… А народу всё это приходилось не просто восстанавливать — с нуля начинать! Города отстраивать; поля, от мин да снарядов расчищая, заново распахивать; заводы, мосты и электростанции возрождать… Не доедая, не досыпая, надрываясь — из последних сил!
И ведь подняли-таки страну — расцвела она с новой силой! Мам, ты помнишь — ты мне говорила, что уже в 47-м году — через 2 (ДВА!!!) года после войны- КАРТОЧКИ НА ПРОДУКТЫ ОТМЕНИЛИ? а воротилы капитализма Франция и Англия — лишь в 49-м и начале 50-х. — Да я бы этого гниду за такие речи сам расстрелял бы — без суда и следствия!!!
В этот момент Темка повернулся ко мне и осекся:
— Мам, ты чему радуешься-то?
А я смотрела на своего пылающего возмущением сына и действительно — тихо радовалась: слава богу, после меня правильный человечек будет жить… есть кому дело наше правое отстаивать.
Но! Кругом ведь полным-полно и других парней и девчонок — которые всю эту экранную мутотень за чистую монету воспримут… Кино ведь по-прежнему — важнейшее из искусств. и любимые актеры для многих — мерило правды действительности…
Вот я и спрашиваю — до каких пор кино наше будет ВРАТЬ своему народу???
В погоне за прошлым легко споткнуться о будущее
Мир полон стереотипов и страхов. И они, как Шерочка с Машерочкой, ходят в обнимку. Кто-то что-то сказал и забыл тотчас. А другие уши развесили, застыли завороженно и сидят вздрагивают, словно им уже надели мешок на голову и подвели к краю моста.
Прав был Высоцкий, и тарелками нас пугают, и собаками, и руинами. А мы слушаем. К счастью, не все. Кто-то слушает, а делает по-своему: разговорщиков этих, Шерочку с Машерочкой, одной пулей. Как он так может? Ну, вот вам пара советов. Ни добрых, ни полезных, а так… на заметку.
Говорят, в одну реку нельзя войти дважды… Эту старую истину мы давно уже победили, когда один мой товарищ, спустя семь лет жизни разведенца, повторно женился на своей же жене. И теперь-то я точно знаю, как выглядит и что чувствует человек, сломавший устойчивый стереотип.
Закрываю глаза и представляю… и вы представьте… Вот он — человек, для которого нет преград: в черном смокинге с элегантной бабочкой на шее. Стоит, улыбается разодетым в пух и перья (в прямом смысле) гостям, которых он, впрочем, уже наблюдал в похожих условиях. И возбужденно повторяет: «Девочки! Жениться — это так волнительно! Офигительно!». И по мне эта фраза лучше, чем та: про дважды, про реку, про нельзя… Позитивней надо быть.
Кто-то ломает стереотипы, а кто-то им строго следует. Это тоже способ сопротивления такой, для ленивых. «Плыть по течению» называется.
Вот, говорят, девушкам нравятся стихи, но не нравятся поэты. Пусть говорят! Ну, что тут поделаешь, если все мои приятели — художники, писатели? Пусть не по долгу службы, а по зову души. Вот и приходится мне каждую пятую пятницу, строго после работы, натощак, вести богемный образ жизни, присоединяться ко всем движениям неприсоединения, следовать вопреки всему и быть в ответе за все.
«А ты куда это в таком виде намылилась? Майка мятая, джинсы рваные???» — благоверный окидывает меня недовольным взглядом, столкнувшись лоб в лоб на лестничной площадке. «На встречу с друзьями-поэтами», — отвечаю я, не моргая. «Ааа, хыыы, ну, тогда поняяятно. Тогда нормааально», — расслабляется он, пропуская меня мимо себя, и, взметнувшись по лестнице на второй этаж, бросает вдогонку: «Носки разного цвета надень!» И этот туда же!
Стихов не пишет, вот и не понимает, что ни один уважающий себя поэт, будь он четырежды богат и опрятен, не появится среди своих собратьев на дорогой иномарке в еще более дорогом костюме. Потому что среда обязывает — поэту положено быть нищим и влюбленным. И тут, конечно, лучше не бороться со сложившимся мнением, а соответствовать. Но если после таких посиделок обнищать нетрудно, то с влюбленностью дела обстоят куда хуже: всех дома ждут, как ни верти, и удар веником по голове — тоже добрая традиция. Правда, уже не богемная, а сугубо семейная.
А со страхами у меня разговор особый. Кто-то однажды сказал, что не так страшен черт, как его малюют. В точку сказал! Другой подумал и еще лучше выдал, что не так страшен черт, как его малютка. Почему тот, второй, лучше сказал? Потому что смешней. Когда смешно, страшно и быть не может.
Говорят, все, чего мы в жизни боимся, непременно произойдет. Рано или поздно двери разлетятся в щепки, окна рассыпятся на осколки, и сквозь щели в потолке, трещины в стенах оно найдет способ просочиться в наш дом, чтобы случиться. Говорят, страхи беду зазывают. Поэтому психологи настаивают: не бойтесь идти вперед, заставляя обстоятельства плясать под вашу дудку, не позволяйте пустым страхам поселиться в голове.
Хороший, конечно, совет: правильный по сути и красивый по форме… Но годится он разве что бронепоезду Железнякову, который и так ничего не боится, потому что железный. А люди — предметы одушевленные, и нравится нашей душеньке поплакать и посмеяться в голос, и от всего сердца покричать, и, если надо, в пятки забраться. Просто потому, что есть она у нас. В отличие от Железнякова.
А потому я для себя решила: бояться — надо! Но бояться надо правильно. Нужно бояться не того, что тебя на самом деле пугает. А того, чего ты хочешь. И чем больше ты чего-то хочешь, тем больше стоит этого бояться.
Это просто. Надо закрыть глаза, положить ладони на лицо и изо всех сил постараться представить себе предмет своего страха. Ого, я уже вижу его… вот он — ревущий от нетерпения красный Феррари у кованых ворот…
Что бы ни говорили по этому поводу физиологи, способные объяснить все тонкости нашего поведения с убийственной логикой, разобрав тебя на клетки да молекулы, не слушайте их! Беда с ними. Все в наших руках!
И кто сказал, что только плохие мысли материальны? По мне, так абсолютно все. Поэтому я пытаюсь воплотить то, что нужно, складывая пазлики из кусочков своих страхов, создавая картину под названием «Настоящая жуть». Чтобы «Жуть» сложилась получше, мне много чего надо в жизни бояться. Я и боюсь.
Страшно боюсь дома на берегу Тихого океана со стеклянными передвижными стенами, окруженного черными орхидеями. Прудика, освещаемого со всех сторон разноцветными фонариками, в свете которых даже ночью можно разглядеть неторопливо проплывающую у поверхности воды жирную форель.
Ужасно боюсь Чайковского, Достоевского и Рэя Брэдбери, а еще голоса Ободзинского, огненных танцев Джексона и картин Айвазовского. Великой китайской стены, Биг Бена и Эйфелевой башни. Боюсь вечной молодости и здоровья. Боюсь северного сияния, просторов Новой Зеландии, заснеженной вершины Эвереста, Марианской впадины и туманности Андромеды.
И смертельно боюсь того парня напротив… Особенно когда смотрю в его добрые, полные нежного участия глаза… Ой, боюсь-боюсь! Вот еще побоюсь немного и пойду от него прочь, домой. Пока поэт во мне не разыгрался. А то веника по лбу мне не миновать, а это уже не стереотипы и не страхи. А суровая неизбежность.
Жил-был один человек. У него было очень тяжёлое детство и очень тяжёлая юность. Он жил один в маленькой квартирке, с большим трудом зарабатывал себе на жизнь, и его это злило. Он был печален и несчастен.
Однажды он шёл по улице и услышал детский смех. Он пошёл на звук и увидел в конце аллеи старика, окружённого детьми. Старик спросил, глядя на одного из детей:
— Что ты хочешь?
— Я хочу электрический поезд, — ответил мальчик.
Старик засунул руку в стоящий рядом с ним большой мешок и достал оттуда электрический поезд.
Девочка сказала:
— Я хочу новое платье!
Старик сунул руку в мешок и достал оттуда платье.
Другой мальчик хотел роликовые коньки, и они тоже оказались в мешке.
И человек понял, что этот старик в конце аллеи — волшебник, и решил украсть его. Он дождался, когда все дети разошлись, и пока старик сворачивал свой мешок, пробежал через аллею, схватил старика, связал его, засунул в его же собственный мешок, закинул через плечо и понёс домой.
Придя домой, он запер дверь, открыл мешок, выпустил волшебника и развязал его.
— Что тебе от меня надо? — спросил волшебник.
— Я видел тебя на этой аллее, — ответил человек, — не пытайся одурачить меня, я умнее, чем ты думаешь. И я знаю, что ты — волшебник, а всё, что я захочу — уже есть в твоём мешке.
— Это правда, — ответил волшебник, — и что же ты хочешь?
— Я точно знаю, чего хочу! Я хочу шикарную машину с откидывающимся верхом, — немного подумав, ответил человек. — Я всегда хотел большую шикарную машину с откидывающимся верхом.
— Хорошо, — ответил волшебник, полез в мешок, достал оттуда ключи от машины и подал их человеку.
— Ключи? — воскликнул тот. — Я хочу машину целиком!
— Выгляни в окно, — ответил волшебник.
Человек выглянул в окно, а там внизу, на улице стоит огромная красная машина с откидывающимся верхом с белыми кожаными сиденьями.
— Ух ты! Это прямо как я и хотел! — закричал человек и, уже подходя к двери, добавил, — а ты оставайся здесь и не вздумай никуда уходит
Он тщательно запер дверь за собой.
На следующий день он вернулся. Он зашёл в дверь, и было видно, что он чертовски зол, так что волшебник спросил его:
— Что случилось?
— А… Я целый день ездил по городу, и куда бы я ни приехал, все люди смотрели на меня, ведь я был в этой машине. Но потом я начал замечать, что в этом городе полно красивых машин и люди смотрят на все машины… Так что, это не то, чего я хотел.
— А чего же ты хочешь? — спросил волшебник.
— Я… хочу… денег! — ответил человек. — Целую кучу денег, чтобы я смог купить всё, что захочу.
— Хорошо, — ответил волшебник, засовывая руку в мешок.
Он достал оттуда чековую книжку и вручил её человеку. Когда тот открыл чековую книжку, увидел на ней своё имя и какая сумма на счёте, он тут же захлопнул её, сунул в карман и заявил:
— Я не знаю, когда я вернусь, но ты пока посидишь здесь.
Он вышел, тщательно заперев за собой дверь, и… спустя неделю вернулся. Он снова был разозлён и подавлен. Волшебник спросил:
— И что случилось теперь?
— Я скупил всё, что хотел. Стоило мне увидеть любую вещь, которая мне нравится, я тут же покупал её. Если у меня просили что-то, я покупал им это. Но очень скоро мне стало всё равно, смогу ли я купить что-то ещё. Я ведь могу купить всё, так что какая разница? Ты не дал мне того, что я хотел.
— Чего ты хочешь? — спросил волшебник.
В этот раз человек тщательно продумал свой ответ и сказал:
— Я знаю, чего хочу. Я хочу красивую… блондинку. Можешь?
— Хорошо, — ответил волшебник, сунул руку в мешок, вытащил оттуда меню и отдал его человеку.
— Меню? Что я буду делать с меню?
Волшебник показал на дверь, и в этот момент в дверь постучали. Человек подошёл к двери, открыл её, а там стояла красивая блондинка, и она сказала:
— Ну, я готова, пойдём? Ты готов?
— Да! — вскричал человек, схватил меню, её, закрыл дверь и ушёл.
Спустя две недели он вернулся, вошёл и захлопнул дверь за собой. Он был зол и подавлен. Волшебник спросил:
— А что сейчас? Я ведь дал тебе красивую блондинку!
— А… Она была такая послушная, что мне это быстро наскучило. Ей нужны были только мои деньги, и, набрав сколько ей было нужно, она просто ушла. Какой-то ты плохой волшебник. Я прошу и прошу тебя то, что я хочу, а оно всё не то и не такое.
— Это потому, — ответил волшебник, — что ты ни разу не попросил того, чего хочешь.
— Нет, я всегда прошу того, чего хочу!
— Нет, не просишь.
Тут человек разозлился не на шутку:
— Я прошу!
— Нет, — ответил волшебник, — ты просишь машину, а на самом деле хочешь уважения, ты просишь денег, а на самом деле хочешь свободы, ты просишь блондинку, а на самом деле хочешь любви.
И волшебник добавил:
— А теперь я пошёл.
— Нет, ты никуда не пойдёшь! Я тебя выкрал, и я тебя буду держать здесь!
— Нет, я ухожу. Я могу уйти в любой момент, как только захочу.
— Да ну? Почему же ты остался здесь до сих пор?
— Потому что я хотел сделать себе отпуск, и я получил, что хотел.
И волшебник залез в свой мешок, закрыл его над головой и исчез.