обманы
Влюбляешься в какую-нибудь херню …
в то, как ворот поправит, в отрывочек фото «ню»,
Переросла - психуешь - а все храню,
Как ты мне капюшон одеваешь на остановке.
Влюбляешься все в какую-то ***ту - в то как ссорились, как чертили одну мечту,
Как звонил трое суток в адову пустоту, как лежали в ночи, как было с утра неловко.
Как курили одну, последнюю на двоих - так любить молодых, превращать их в совсем седых,
В безвозвратно уставших из юных и золотых, выпивая на брудершафт из горла друг друга.
Влюбляешься в перебои и темноту - желаю себе другого, тебе - вон ту.
Что ты смотришь?
Мы мастера проводить черту - так давай же, шагай, под этот галдёж и ругань.
…В то, как в зеркале он целует тебе живот, как смеялся над фильмом (казалось, почти живой), как ударилась об лестницу головой - как лечил тебя, целовал «ну пройдет, пройдет»
Как ходили в одной рубашке вдвоем по дому…
Не лечи меня. Ты не знаешь, чем полечить. тут ни выключить, ни проспаться, ни отрубить,
Тут не выдержать, тут теперь ни молчать, ни бить - перелом, говорят, надо просто не шевелить.
Загипсуй меня намертво. Вбрось меня в эту кому.
… Раз влюбляться и все в какую-то ***ту - я лежу у тебя на плече и расту, расту, вырастаю в немую огромную черноту,
А однажды - возьму и вырасту в дикобраза.
Не рассказывай сказочек, я и сама мастак. У меня вон с пол-метра иглы уже. Раз так,
То попробую попадать в этот сложный такт:
Я совсем его не любила. Ничуть. Ни разу.
Есть люди, которых всегда не хватает
Не важно, что вечность не виделись Вы!
Ведь в жизни не все безупречно бывает,
Ломаем, по глупости, часто мосты!
Ломать, ведь не строить. Давно всем известно.
Но только не можем к себе применить.
Бывает, что любим, но кажется тесно,
Бывает уходим, забыв отпустить.
И мается прошлое между двоими,
И двери не заперты, но не войти!
Бывает бледнеем, услышав лишь имя,
И сходим с ума, друг без друга вдали.
Клянемся другим, что уже позабыто!
И прячем в душе окончательно боль,
Что так глубоко, в нашем сердце зарыта,
И борется с памятью псевдо-ЛЮБОВЬ…
Я вернулся из запоя,
Будто плыл на корабле,
Я спросил людей, на кой вам,
Люди, счастье на земле?
Если вы, увязнув в драке,
Всё не можете любить,
Если вам стеклянный факел
Так и хочется разбить.
Припев:
Почему все эти люди
Так похожи на людей,
Почему они не любят
Тех, кто любит всех людей.
Почему они не терпят,
Почему они не любят
Тех, кто терпит, тех, кто любит
Тех, кто ходит по воде.
Так я вышел из запоя,
И опять ушёл в запой,
А толпа пошла в забои,
Как стада на водопой
Раскопать всю эту сушу
До последнего рубля,
А любовь бежит по лужам
Словно крыса с корабля.
Припев:
Почему все эти люди
Так похожи на людей,
Почему они не любят
Тех, кто любит всех людей.
Почему они не терпят,
Почему они не любят
Тех, кто терпит, тех, кто любит
Тех, кто ходит по воде.
Ищите того, кто на вашем уровне - по жизненной энергии, по амбициям, по желанию ЖИТЬ - жить не как все, не банально… Или того, кто готов дойти до этого уровня.
шеренги толстых умных пыльных книг
тома стоят прижатые друг к другу…
безвременье спрессованное в миг
под клёкот журавлей летящих к югу…
на крик сорваться хочет тишина
крушить всю ночь ушные перепонки -
устала всё в себе держать она
порвалась и совсем не там где тонко…
а в окна смотрит осень сквозь стекло
сидит на проводах озябшей галкой…
давай… входи…здесь сухо и тепло -
ничейных женщин бескорыстно жалко…
давай… входи…согрейся коньяком…
чайку попей с халвой и калачами -
куда ж тебе на холоде таком
ещё и с непокрытыми плечами…
и осень морщит желтое лицо
в попытке бесполезной не заплакать -
и спящее Бульварное Кольцо
вдруг мокнет как бездомная собака…
и город - мультидомный исполин
в смиренной позе под контрастным душем
тихонько шепчет отгоняя сплин -
придёт весна… придёт и всё подсушит…
Ты, кажется, плохо подумал и не учёл, как
вырастают смешные девочки с глупой чёлкой
в совершенно особых, разных и умных женщин.
Вырастают - и верят сказкам твоим все меньше.
Выбирай себе имя, Пигмалион и Гумберт: пубертат вырастает в гордость и кривит губы. Пару лет он читал твои детские книжки с полки про любовь через время, лолит и степного волка. Пару лет он вопил, истерил, загибал страницы, выдыхал тебе: «это про нас, посмотри, как птицы характерно летят, как судьба нам дарует случай. Ну давай же сбываться - мы можем теплей и лучше». Пару лет теребил за рукав и хватал за локоть. Замолкал от обиды, мотая на палец локон. Понимал через раз, но все правильнее и глубже. Все прицельнее спрашивал «я тебе что, не нужен?» Из ребёнка, почти мальчишки, почти галчонка вырастая во взрослую женщину, что плечом, как в киноленте, ведёт снисходительно и устало, я задумалась: что, если нас поменять местами?
Пробираясь на цыпочках к созданной Галатее, ты не видишь покорности, пятясь, клянёшь затею. Искупивший вину тем, что понял однажды правду, ты не должен мне, мастер: мне есть, с кем проснуться завтра. Из точеной фигуры, камня, молитв, Лолиты вышло больше, чем послушание монолита. Потому что любовь - это дольше, чем страсть и глина. Даже имя мое ты не в силах назвать мне - …
… длинный наш роман пропустив, ты про старость прочтёшь в финале.
Ты пытался отсрочить, но времени не давали.
Из наивной девчонки, со злостью кусавшей губы,
вышло по-матерински простое: «Не бойся, Гумберт».
Он ищет музыку во всем- в кофейных чашках, в медных крышках, и дерево, и камни слышит, и каждый звук в себе несёт. Играя на любом столе, руле, стекле, колене, книге, он состоит в великой лиге несущих истину земле. И, наблюдая этот свет, причастность, таинство и чудо, я знаю, кто он и откуда и почему не человек. И как, рождённый от людей, он неподвластен их законам, хозяин огненных драконов, летящих в вечной темноте. Я знаю боль его и страсть, созвучия, аккорды, песни, ступени древних нотных лестниц, сегодня, завтра и вчера. Он ищет музыку во мне, но кажется, не в этом дело. В его руках звучит не тело, а то, чему названий нет. И отдаваясь высоте - сверхзвуковой и безупречной - я становлюсь ему не речью, но музыкой небесных тел.
здесь хорошо, солёный воздух свеж
в краю весны где не бывает лета.
и олеандров дивный belle neige морское солнце заливает светом.
Ты любишь дождь и перламутр окон
гадаешь на листве, по звонким каплям
дыханьем ловишь чистый обертон
сквозь ароматы цитрусовых залпов
и благородный лавр и аметист в твоих глазах изменчивое чудо
а за окном гуляет теплый бриз… зовет тебя босой пройтись под утро
хитрые живут получше и говорят другим слаще…
только ноют больше…
Очень часто приходится читать и слышать интересные мысли. С чем-то мы соглашаемся, с чем-то нет, а иногда возникают сомнения в понимании чужой картины мира. Делаешь маленькую остановку, чтобы поразмышлять над тем или иным. И это нормально. Но можно только удивляться таким людям, которые почему-то решили, что только они обладают монополией на истину. В подобных случаях я с трудом сдерживаю смех, пряча его за доброжелательной улыбкой удивления. Обычно, проходя мимо таких, тем самым давая понять, что неправота человека уже только в том проявляемом неуважении и пренебрежении к остальным. Ведь у каждого из нас есть опыт, а опыт совсем уж бесполезным не бывает. Понятно, что стойкое удерживание своей правды - попытка самому в нее верить сильнее. А также попытка удержать единоверцев в своём потоке, ощущать единение (сближение и синхронизацию) с ними, а также силу веры в общие идеи. Конечно бывает подобное вполне обоснованно, но чаще это проявление юношеского максимализма, перерастающего в инфантилизм преклонно-возрастной.
На самом деле, это не всегда зрелость. Намного более глубокой и зрелой, требующей внимательного и уважительного подхода является та форма сближения, когда люди отличаются своим индивидуальным пониманием, своим возможно так же немалым опытом (мы же все разные, и пути у нас разные, но это не мешает нам прислушиваться и с уважением принимать опыт каждого, который пожелал поделиться им с остальными). По крайней мере пока мы сами не достигли стадии человека Знания и готовы обучать других.
Очень хорошо, когда мы не забываем о способности к восприятию и пусть не тотальному принятию, но хоть допущению, что мнение другого не обязательно ошибочно. Вот такой подход - для зрелого человека, и он скорее будет сближать, чем способ скептика и циника…
К тому же и мир, и мы сами не стоим на месте, развиваемся или деградируем, а значит со временем и мысли, и позиции внутри нас меняются. Есть шансы, что при следующей встрече что-то прольёт ясность на недопонимание в прошлом. А это позволит синхронизироваться с кем-то в уже общем потоке.
Это ли не лучшее, что дается нам при общении,
это ли не награда за попытки понять друг друга?..
Где живут эти бабушка и собачонка-лохмушка?
Каждый день вижу их, проверяющих мусорный яшик:
Пудель в сваляной шерсти, в печально-нелепом старушка,
Всесезонная шаль и зимою и летом палящим.
Да и бабушка ли? Кто поймет под бесформенной шляпой,
Где глаза не видны, а лишь губы да бледные скулы.
В драно-черном рука гладит пса с покалеченной лапой
По слезливым глазам, по бокам и по спинке сутулой…
Где живут эти двое, с противно-скрипучей коляской,
Семенящие вдоль сытых окон, зашторенных плотно,
И надменных машин, и людей, неприступною маской
Прикрывающих рот, может быть, перекошенный злобно?
Кто они друг для друга? Что ели на ужин, на завтрак
Или только в надежде «найти бы, хоть, что-то» съестное?
Их сердца - два в одном, в унисон… Ну, а если вдруг завтра
Не проснется одна, то тогда, что же станет с другою?
А ведь был и у них теплый кров и уютное ложе!
Кто решил подарить им подвально-голодную старость?
Равнодушно смолчим, или скажем - да чем тут поможешь…
Где-то спит наша совесть… А может её не осталось…
Где живут эти, двое?
Что такое семья? Пять минут удовольствия и бесконечно новое «Я».
Всемирный день приветствий, или Как здороваются в разных странах
21 ноября отмечается Всемирный день приветствий. Необычный праздник появился в 1973 году, когда в разгар холодной войны американцы Брайан и Майкл Маккорман из штата Небраска в знак протеста против усиления международной напряжённости отправили письма с радушными приветствиями во все концы мира и попросили адресата просто поприветствовать кого?нибудь ещё.
У каждого народа существуют свои обычаи приветствовать друг друга, но международный этикет по сути одинаков: встречаясь, люди желают друг другу добра и благополучия, хорошего дня или успехов в труде.
Англичанин приветствует знакомого вопросом «How do you do?» - (буквально «Как ты действуешь?»), Но перед этим англичанин задорно улыбнётся и крикнет: «Hello!» или «Hey!» Что, по сути, похоже на то, как здороваются в разных странах люди. Приветствие «Хэй» - самое простое, понятное, дружелюбное и универсальное, как и английский язык, французы при встрече говорят знаменитое Bonjour, а потом спросят: «Comment ca va?» («Как оно идёт?»), немец - «Wie geht’s?» («Как идётся?»). Дабы не прослыть дураком, отвечать на этот вопрос нужно как можно нейтральнее и вежливее. Вешать на других людей свои проблемы в Европе не принято вообще.
Итальянцев ход дел знакомого вовсе не интересует, он при встрече воскликнет: «Come sta?» - «Как стоишь?», на что тоже нужно отвечать в положительном тоне. Начало и конец встречи похожи, потому что для всего этого есть одно слово - «Чао!». Китайцы, услышав в свой адрес короткое приветствие «Нихао», ответят так же дружелюбно. Китаец поинтересуется: «Ел ли ты сегодня?», зулусы констатируют: «Я тебя увидел!», гренландцы просто скажут: «Хорошая погода!», а индейцы навахо оптимистично воскликнут: «Всё хорошо!». Персы посоветуют: «Будь весел!», арабы скажут: «Мир с тобой!», а евреи - «Мир вам».
Самые распространённые приветствия у монголов: «Как ваш скот?» и «Как кочуете?». В Малайзии спрашивают: «Куда ты идёшь?» (на что расплывчато отвечают: «Погулять»). Знаменитый «Салам!» означает «Мир тебе!» (как и «Шалом»). В Иране говорят: «Будь весел!», грузины здороваются словом «Гамарджоба!» - «Будь прав!», или «Побеждай!». Японцы скажут: «Коннитива» - «вот день», «день настал», горцы Памира и Гиндукуша приветствуют друг друга пожеланием «Бди!», «Не знай усталости!», вайнахи - пожеланием «Будь свободным!».
В африканских племенах группы басуто лучшее приветствие - его обращают к вождям - звучит как «Приветствую тебя, дикий зверь!», маори скажут что?то вроде «Благодарю за это утро (день)!», индус поприветствует бога в лице встреченного - «Намасте!», а североамериканские индейцы иногда здороваются словами «Ты моё другое «Я».
В Древнем Египте во время короткой встречи состоянием здоровья интересоваться было не принято, они задавали другой вопрос: «Как вы потеете?». Римляне приветствовали друг друга пожеланием здоровья «Salve!», а древние греки говорили друг другу «Радуйся!».
Русские, европейцы, американцы в качестве приветственного жеста обмениваются рукопожатием. Молодой американец приветствует приятеля, хлопая его по спине. Во Франции в неофициальной обстановке даже малознакомые люди целуются при встрече и прощании, касаясь друг друга щеками поочерёдно и посылая в воздух от одного до пяти поцелуев.
Эмоциональные латиноамериканцы обнимаются, мёрзнущие лапландцы трутся друг о друга носами, в Полинезии трутся носами и гладят друг друга по спине, мужчины?эскимосы слегка ударяют друг друга кулаком по голове и по плечам.
Дружелюбные японцы кланяются, как и китайцы. Впрочем, в современном Китае знакомые приветствуют друг друга излюбленным жестом актёров и политиков - сцепленными руками, поднятыми над головой. А наш жест приветствия - ладонь, обращённую к собеседнику, раскачивающуюся влево?вправо - японец истолкует как жест прощания. Приветствуют же японцы друг друга, размахивая раскрытой ладонью, обращённой к собеседнику, от себя (вперед?назад).
Самоанцы обнюхивают друг друга, тибетцы снимают головной убор правой рукой, а левую руку закладывают за ухо и высовывают язык. В Северной Африке принято, поклонившись, поднести правую руку ко лбу, к губам и к груди ? это должно значить «Я думаю о тебе, я говорю о тебе, я уважаю тебя». Некоторые народы Африки в знак приветствия и глубокого уважения передают тыкву, держа её в правой руке. В племени акамба в Кении в знак глубокого уважения плюют на встречного, а в племени масаи при встрече сначала сплёвывают, затем плюют на собственную кисть и только потом жмут руки. На Замбези хлопают в ладоши и делают реверанс.
В Индии в знак приветствия руки складывают вместе и уважительно прижимают к груди, а арабы скрещивают их на груди. У некоторых индейских племен в Америке было принято на всякий случай до тех пор сидеть на корточках, пока встреченный ими незнакомец не приблизится и не заметит эту миролюбивую позу. Иногда они снимали обувь.
В Египте и Йемене жест приветствия напоминает отдачу чести - ладонь прикладывают ко лбу. В Латинской Америке мужчины, здороваясь, исполняют такой ритуал: обнимаются и сначала три раза стучат рукой по спине знакомого, держа голову над его правым плечом, и ещё три раза стучат по спине, держа голову над левым плечом.
Таджики пожимают протянутую руку двумя руками - протянуть в ответ лишь одну есть неуважение (правило не универсально, но обязательно, например, для хозяина, встречающего гостя).
В России с древнейших времён при встрече спрашивали о здоровье, эта традиция сохранилась и сейчас. Аналоги нейтрального «Здравствуйте» ? дружеское «Привет» или «Здорово!», официальное «Позвольте (разрешите) вас поприветствовать!». Пожилые люди иногда говорят: «Моё почтение» и «Доброго вам здоровья». Приветствие работающему - «Бог в помощь!», пришедшему - «Добро пожаловать!», помывшемуся в бане - «С легким паром!» и так далее. Существуют формы приветствия: «Доброе утро», «Добрый день», «Добрый вечер», «Доброй ночи»…
В осень отпускать себя легко
бабочкой с чьего-нибудь плеча.
Ты ещё не заслужил покой, рыцарь без брони и без меча.
Ты ещё не заслужил приют на постели мягкой снеговой.
О тебе как о живом поют, значит, ты пока ещё мне - свой.
До весны - три жизни без огня, помощи, услужливых речей.
Осень превращается в меня.
В бабочку простую на плече.