Весна. Повсюду хмельное зелье. А в организмах - дурман и слабость
И ощущенье любви и сказки, пьянящей дрожи под кадыком…
Синдром весеннего обостренья… И мне признаться лишь в том осталось,
Что от твоей только таю ласки. Другие?.. Видишь ли, дело в том…
Другим меня не порвать на строчки. Не раздробить на слова и рифмы.
Тебе себя отдала на время… Бери. А там уж - как повезет.
Веди. Пока не дошли до точки. Пока корабль не нашел на рифы.
Куда - неважно. Иль в сад Эдема, иль на Голгофу, на эшафот…
Луч рассветный коснулся лица моего,
Тронул губы легонько, играя…
В золотистых и теплых объятьях его
Грусть снежинкою белою тает.
В завитушки волос с наслажденьем нырнул,
В аромате фиалки купаясь…
От улыбки моей, словно птица, вспорхнул,
В счастьи нового дня растворяясь!
Так м, а л о т е б я и миражного много.
Но только подумаешь точки расставить -
И сердце, как южные степи, в ожогах.
Ну как отпустить?.. Если больно представить,
Что тот, кто тебе не чужой, кто меж строчек
Твоих долгожителем стал, - вдруг сжимает
Другую находку в руках. Крепко. Очень.
А ты это видишь. И сил не хватает
Понять, что песочных дворцов анфилады
Отныне тебе не раскроют объятья,
Что страстный твой циник уж рифмами гладит
Коленки другой, норовя сдернуть платье…
Твой поезд ушел. Всё, что было, - неважно.
Он лишь, не касаясь, вошел в мякоть плоти,
Собою затмив яркость прежних оргазмов…
И впору бы оземь.
Да сердце в полете…
Параллели с ума не сходят. Аксиоме не первый век.
И мы рельсово порознь, милый. Хоть в одном направленье бег.
Эти чертовы две прямые и не склеить, и не свести.
Но… бессильна тебя оставить. И бесправна - приобрести.
Мне б узнать твой диагноз сердца. Просветить, словно я рентген.
Мне б узнать, как коварно водит тебя за нос твой город N,
Подменяя меня другими. А подходишь - лишь морок, дым…
Я бессильна тебя не помнить. И бесправна - назвать своим.
Покидая реальность, ночью мчусь к тебе на 070Ж [ноль-семь-ноль-ж].
Я всё знаю… Но я же вправе хоть во сне изменить сюжет
И нелепо поверить в сказку, в ариаднину чудо-нить?
Ведь… бессильна не ждать я встречи. И бесправна - тебя любить.
Да, я б призналась: «Болею тобой». И что же?
Ты бы губами скользнул по горячей коже…
Нет, мне б отнюдь не оружье твое из ножен.
Мне бы лишь голос - нежней всех мелисс и мят…
Ты б, зная точно, что этим меня излечишь, -
Взглядом своим в точке G зарождал бы смерчи.
А у меня бы от жара дрожали плечи
И понимания: «Нееет. Не лекарство. Яд!».
Но обнимала бы честно, по-детски чисто,
Вовсе не ради клятв и вселенских смыслов.
А за спиной твоей тайно б ломала кисти:
«Если еще не поздно - стоп, детка! брось!»
Ты? Ты б смотрел, как бес с сотней масок, лиц, и Да, ты б, бесспорно, милый, собой гордился…
Чем? Тем, что руки правят уже под ситцем,
И лишь отчасти тем, что прожег…
н, а с к в о з ь…
Ты теплом, согрей мои руки,
Ты любовью, укутай нежно.
Не хочу, я с Тобой разлуки,
и в Тебе, плачет болью сердце.
…Губы тоже молчат, застыли.
…Слов не слышно, только дыханье.
…Да и слезы в глазах, утихли,
…обниму я Тебя, на прощанье.
Грусть, тоска к нам пришла, с реальностью,
и терзает нам душу, тревога.
Жить без слез на лице, да с радостью,
нам к улыбке, и к счастью дорога.
…И любовью, наполнится сердце,
…с нежным трепетом, дрогнут чувства.
…Ты мне скажешь, вернись, наверно,
…это слово, мне очень нужно.
Я отвечу, Ты жди, любимая,
не волнуйся, и не печалься.
Ты дождись, я не долго буду,
разлучаясь со мной,…не прощайся…
Вначале ты был лишь одним из моих одиночеств.
Но так получилось, что жизнь поделилась надвое…
Желание чувствовать жар и плавление в точках
Касания… общих… и знать, что они оправданны,
Сводило с ума. Так (!) сводило, что сердце - в крошево,
Что боль ощущалась физически… тело ломало…
Я верила: это к тому, чтоб быть вместе, хороший мой…
Дошло до меня /правда, поздно/, что веры лишь - м, а л о…
Сказано,
Сделано,
И позабыто,
Только старик,
И дрянное корыто,
Все остальное,
Дождями размыто,
Где-то плывут,
Те останки мои,
Тихо вливаясь в большие ручьи.
Но никогда не забуду ту сказку,
Ту что записана в старых раскрасках,
Ту, что напрасно на окнах писал,
Ты не читала, а дождик смывал.
А пальцы скользят, шепчут коже твоей: «Мой милый,
Зачем же крадешь ты меня у меня и силы?
Ведь ты не играешь, ты тоже давно за краем.
Там остров. И остров пока что необитаем».
А пальцы скользят, рассказать тебе то пытаясь,
Как каждое утро во мне оживает стая
Безудержных бабочек, мчащихся прямо к свету.
Сквозь сон улыбаясь, я шлю их к тебе с приветом.
А тело, как клавиши, милый. И пальцы вязнут.
Когда я играю на черных - включаешь разум
И думаешь: всё это глупости, нет тумана.
Когда я играю на белых - ты строишь планы.
О том, чтобы остров случился вдруг обитаем,
Чтоб мы по земле там ходили, а не летали
В мечтах и во снах. Чтоб смеялись и пили кофе,
Босыми ногами друг другу писали строки
На смятых в ночи простынях, а не по блокнотам.
Чтоб вместе учили с тобой партитуры, ноты,
Ведь тело - как клавиши, милый…
Но ты не бойся,
Что пальцы скользят всё быстрей,
Говорят всё больше…
…Лишь тикали мерно часы над столом на полке.
И всё. Никаких посторонних шумов и звуков.
А мы были сбиты с ума, с линий жизни, с толку,
Когда погружались друг другу в сердца и в руки.
Ты был так предельно доступен и нежно точен,
Когда выводил на наречье, лишь мне понятном,
Признанье, не ставя в нем более многоточий,
Губами по коже скользя сладковато-мятной.
Мгновенья касаний твоих превращались в вечность.
И не было в жизни моей откровенней пыток,
Чем те, когда гнула ключицы вперед, а плечи
Сама подставляла тискам твоих пальцев. Вскрыты
Все карты и козыри были. Волной по шее
Лились мои волосы после звериной хватки
Твоей на финальном аккорде… Сгорев, мы тлели.
Лишь тикали мерно часы…
_________________________________________
Я… теперь в порядке.
Ну, мелет почаще обычного кофемолка…
Но с виду моя вроде жизнь: что я в самом деле?
А ты… просто чаще обычного стал футболку
Носить, что тем утром на мне так смешно сидела.
Ты в «клашках» письма подлиннее
пиши (… как будто в старину …
попала … в ней тетрадь - линеек
там нет …) … в день хоть по паре… ну? …
Ты вспомни просто - нет «мобильных» …
индийский чай … «болгар-табак» …
и пробок нет автомобильных …
бродячих нету там собак …
пусть настроений ностальгии
клубок тебя опутает ! …
вставляю стих, как в панагию
Жемчужинку (ведь я поэт)
на сайте «перлов» и на «клашки» …
стихи Тебе писать я рад …
люблю Тебя ! и нет мне краше!
в реальном мире - Ты мой клад !
Тебе объятья раскрываю !
ТЫ СОЛНЦЕ ! РАДОСТЬ ! И ДУША ! -
ни перед кем я не скрываю ! …
стихи пишу, едва дыша.
Зайду к тебе сегодня на работу.
Да, пятница. Да. завтра выходной.
Но по тебе соскучился я что-то.
Крюк в пару остановок небольшой.
У вас, вон. коридор с помытым полом,
На каждом встречном свеженький халат.
Не то что мы - мазута с солидолом.
За дверью слышу воду кипятят.
В дверь постучу. - Привет, Зайчёна! Можно?
В твоих глазах вопрос и интерес.
Из сумки вынимаю осторожно
Большую грушу… сочную… дюшес.
Даю тебе и крепко обнимаю.
- Я для тебя купил и выбрал сам.
- Ешь грушу. Зайка! Лопай. Угощаю.
Ты, улыбаясь. делишь пополам.
Опустошение в душе…
На сердце тоже пустота…
Вокруг все так же, люди те же…
Но что-то, все-таки, не так…
И что-то к горлу поступает…
Быть может, слезы? Но не суть…
И в жилах кровь вдруг закипает,
О Боже! Сделай что-нибудь!
Пошли мне силы, быть смиренной!
Бороться с тем потоком чувств!
Молиться буду, непременно,
Я буду сильной, я держусь…
Но что-то грудь ремень стальной,
Спиралью острою скрутил,
Остаться как самой собой?
Так надо, но… уж нету сил!
Застыл ужасный крик в гортани,
Но только связки не кричат,
Как мы одни? С сестрой и мамой?
И не согреет больше взгляд…
Такого милого, родного,
Кто был со мной и в дождь, и в снег,
Отца… любимого, смешного,
Мой самый близкий человек…
Фотография с черной ленточкой,
Протерта заплаканным мамой платком,
Через наше окошко, времечко
Убежало так быстро, как молоко…
Он случился однажды внезапно. Как для наших синоптиков снег.
Года эдак четыре назад, но… снег так редко идет в октябре…
Ты поверила в белую сказку. Пусть всего-то шесть слов и сказал.
Дело было отнюдь не во фразе. Дело было в холодных глазах.
Ты за ними увидела нежность, ты за ними увидела боль,
Что была неподвластной, нездешней, в тайнике под названьем «любовь».
Поняла: не узорность снежинок - здесь ухабы и сколотый лед,
Сплошь холодная непостижимость. До краев. До краев. До краев.
Растопить, чтоб пожарища в сердце… Нет, не стоит: захочет - пусть сам.
Лишь хотела согреть и согреться, дать поверить ему в чудеса…
Ты была простота ли святая, или сложность ли грешная, но Он, тебя пригубляя, всё ж таял либо, тая, губил - всё одно
Уж теперь.
Он случился внезапно. В том далеком уже октябре.
Падал снег… И ты знала назавтра: то не просто октябрь в судьбе…
Как объяснить, зачем и как
Он избран мной из всех мужчин?
Здесь дело вовсе не в деньгах
И не в количестве машин.
И не в брутальной красоте
(Красот телесных краток век!),
И дело даже не в мечте,
Что рядом нужный человек.
Я просто вижу по глазам -
Здесь неизменный мой причал,
И я читаю по губам:
«Таких, как ты, я не встречал!»
Бушует резкий нрав порой,
Что чемодан летит к двери,
Но что бы ни было, за мной
Он сто дорог готов пройти!
Зачем я с ним, за что, любя?
Легко на это отвечать -
Вне конкуренции себя
Всегда приятно ощущать!
И счастья - пядь, и соли - пуд,
Не все задачи мы решим…
Но поцелуй, коснувшись губ,
Затем касается души.