Судьба силком затаскивает тебя на сцену жизни. Через несколько лет, которые показались несколькими секундами, ты не в состоянии найти свое настоящее «Я», ты не знаешь кто ты. Попытки вспомнить это - тщетны. Душа затерялась среди едких декораций.
Собрав по строчке из каждой главы этого «божественнокомедийного» романа, пытаешься воссоздать свой реальный облик, но груз чернил на этом листе давит на руки. Хочется взять другой, полегче, с новой ролью… Но, нельзя. Приходится играть то, что есть, пока не напишут новый сценарий…
Проходит время, и, ты понимаешь, что лучше умереть на сцене, чем за кулисами…
Все, что женщине нужно - лишь немного внимания.
Все, что женщина хочет - лишь немного любви.
Лишь немного желания и понимания,
Что сверкает в глазах и играет в крови!
Все, что женщина жаждет, ей ведь надо немного -
Лишь прижаться к груди, ощутить теплоту…
Поцелуй, как проснется, и «люблю!» на пороге…
«Ты сегодня прекрасна!» хоть раз в год на лету…
Все, что женщина просит - ласку, нежность, заботу,
Ненадолго почувствовать слабой себя…
Чтоб домой приходила, не как на работу,
А на крыльях желания летела, любя!
Все, что женщинам нужно на всем белом свете
От любимых, с кем делят судьбу на двоих:
На минуту, мужчины, оставьте газету
И взгляните, как прежде, на женщин своих.
Вот так всю жизнь. Строишь что-то, тратишь кучу времени, а потом все в один миг летит к черту.
Ты не проигравший до тех пор, пока не сдался.
Увы, не время проходит, проходим мы.
В начале урока профессор поднял стакан с небольшим количеством воды. Он держал этот стакан, пока все студенты не обратили на него внимания, а затем спросил:
«Сколько, по-вашему, весит этот стакан?»
«50 грамм!"+ «100 грамм!"+ «125 грамм!"±предполагали студенты.
- Я и сам не знаю, - продолжил профессор, - чтобы узнать это, нужно его взвесить. Но вопрос в другом: что будет, если я подержу так стакан в течение нескольких минут?
- Ничего, - ответили студенты.
- Хорошо. А что будет, если я подержу этот стакан в течение часа? - снова спросил профессор.
- У вас заболит рука, - ответил один из студентов.
- Так. А что будет, если я, таким образом, продержу стакан целый день?
- Ваша рука окаменеет, вы почувствуете сильное напряжение в мышцах, и даже вам может парализовать руку, и придется отправить в вас больницу, - сказал студент под всеобщий смех аудитории.
- Очень хорошо, - невозмутимо продолжал профессор, - однако изменился ли вес стакана в течении этого времени?
- Нет, - был ответ.
- Тогда откуда появилась боль в плече и напряжение в мышцах?
Студенты были удивлены и обескуражены.
- Что мне нужно сделать, чтобы избавиться от боли? - Спросил профессор.
- Опустить стакан, - последовал ответ из аудитории.
- Вот, - воскликнул профессор, - точно так же происходит и с жизненными проблемами и неудачами. Будете держать их в голове несколько минут - это нормально. Будете думать о них много времени, начнете испытывать боль. А если будет продолжать думать об этом долгое, продолжительное время, то это начнет парализовывать вас,
И так, друзья, помните «опустить стакан в конце дня
Жизнь - как пьеса: не то важно, длинна ли она, а то, хорошо ли сыграна.
Боже мой!!! Как меняется мир, как меняемся мы сами… Крепкий черный кофе, сигарета, виски со льдом. Карьерная лестница до небес. Улыбка на людях и безумная тоска наедине с собой. Выражения портовых грузчиков на губах. Мужчины - как игрушка и забавное развлечение. Даже те, кто готов отдать всю свою жизнь… А раньше ты смотрела на мир восхищенными широко раскрытыми и наивными глазами, верила в любовь, и самым страшным ругательством было слово «дура»… А ведь пока еще не поздно вернуть себя - ту маленькую девочку, которой очень одиноко за всеми этими ширмами… Вернуть и помочь ей… ©
Если Вас грызёт совесть - выбейте ей зубы, пусть она нежно посасывает:)
Паралич души
Гордость потрясла небеса, гордость Ангела превратила в демона, гордость изгнала наших праотцев из рая и дала нам в наследие скорби и страдания. Гордость превратила землю в потоки и моря слез и крови.
Архимандрит Рафаил (Карелин)
Имя этого «легендарного героя» говорить не будем. Назовем его условно «командующим», так как покомандовать он любил с детства. Если ребята не избирали его командиром, он, оскорбленный, убегал и повелевал оловянными солдатиками. Был готов на все, лишь бы быть первым. Во времена гражданской он воевал против собственного безоружного народа. Мужики восставали, защищая землю, хлеб, веру. Женщины, дети протягивали руки, прося оставить хотя бы котелок каши в печи, но… по его приказу непокоренные села пылали, а сбежавших в лес душили газом. Опьяненный властью, он не видел ничего, кроме новых звездочек на петлицах. Шли годы, и вот однажды запылал его дачный особняк. Прислуга в тот день была выходная, а жена находилась у соседки, когда донеслась весть, что дача ее полыхает. Она стремглав бросилась к дому: там же осталось спящее дитя! Пробившись сквозь огонь к постельке, схватила малютку и, прижав к себе, помчалась в больницу. Ворвавшись к врачам, обезумевшая мать протянула ребенка:
- Спасите!
Врачи переглянулись, а потом скорбно спросили:
- Как же мы можем спасти, если он весь обуглен?
И только теперь ослепленная горем женщина разглядела, что она принесла… Руки ее застыли и больше не сгибались, не разгибались, так и оставаясь протянутыми к людям.
Командующий возил ее к знаменитостям Европы и Америки. Но самые опытные специалисты лишь сочувственно вздыхали. И вот стало известно, что в каком-то захудалом городке есть врач, который лечит подобные болезни.
Командующему был знаком этот городишко еще по гражданской, там он… Впрочем, лучше не вспоминать! Адъютанты, дозвонившись, доложили, что врач сможет предварительно принять пострадавшую только через месяц. Такого ответа знаменитый полководец не ожидал, впервые в жизни ему довелось проглотить подобную пилюлю. А что оставалось делать?
Прошел месяц. В назначенный день супруги прибыли по указанному адресу. Секретарша, небрежно скользнув взглядом по бумажкам и продолжая старательно шлифовать ногти, снисходительно проронила:
- Ждите, вас вызовут. Прошло пять, десять, двадцать минут. Полководцу никогда не приходилось ожидать в приемных, разве только у «самого». Но что поделаешь, если больше нет никого, кто мог бы исцелить его жену? Она так и сидела с протянутыми руками.
Пришлось, скрепя сердце, ждать.
Прошел час, другой… Секретарь-машинистка иногда что-то печатала, много болтала по телефону о каких-то пустяках, часто подолгу прихорашивалась.
Время тянулось невыносимо медленно. В душе командующего собирались грозовые тучи. Жена его, глубоко вздыхая, тихо всхлипывала. Наконец, секретарша милостиво разрешила:
- Заходите!
Каково же было изумление вошедших, когда они увидели врача, спокойно просматривающего прессу.
Значит, этот «спец» заставил ждать часами его, творца истории, из-за каких-то газет? Сжав зубы, командующий изложил суть просьбы,
Врач сочувственно покивал головой и, словно извиняясь, сказал:
- У меня очередь на несколько лет вперед. Приезжайте, - он, сморщив лоб, полистал записи, - через год.
- Вы понимаете, с кем разговариваете? - едва сдерживая гнев, проговорил увешанный орденами посетитель. - Я могу вам построить новую больницу, несколько корпусов… Только излечите…
- Я понимаю, понимаю… Через год. Ну, хорошо… - врач сделал вид, что задумался, - через полгода. А пока не могу. Извините!
- Да я вас… - командующий содрогался от негодования. - Да я вас… в порошок сотру! А времена были страшные!
- Пошли! - кивнул он жене. Она с его помощью еле встала, ее лихорадило. Супруги направились к выходу. У самых дверей прозвучало:
- Стойте!
Они остановились, с надеждой и даже с мольбой смотря на доктора. Психиатр медленно, сурово глядя в лицо женщины, подошел к ней и, наставив на нее палец, как пистолет, вдруг резко скомандовал:
- Руки вверх!
Та растерянно подняла сначала ладони, а потом, как крыльями, взмахнула руками.
- Теперь ваша супруга здорова, - облегченно вздохнув, сказал врач. - Простите. По-иному я не мог вам помочь.
Эту историю довелось услышать от другого врача-психотерапевта. В своих лекциях и книгах он вдохновенно прославлял могущество науки.
Примеры, которые он приводил, впечатляли. Однако смущало, что у самого лекаря сын томится в психбольнице, будучи опасным для общества. А папа, «душецелитель», не знает ни одной молитвы, не подозревая, что болезнь души - это прежде всего гордыня. Она поражает тех, кто живет без Бога.
Печать
Улыбаться тем, кого ненавидишь, и не замечать того, кого любишь, теперь называется быть вежливой и сильной.
Сидеть на берегу моря, бросать в волны виагру и смотреть, как встаёт солнце…)))
Я беден и слаб, - сказал как-то учитель своим ученикам, - но вы молоды. Я учу вас, и ваш долг - найти деньги, на которые мог бы жить ваш старый учитель.
- Что делать нам? - спросили ученики. - Ведь жители этого города очень скупы, и напрасно будет просить у них помощи!
- Дети мои, - сказал учитель, - есть способ добыть деньги без лишних просьб, просто взяв их. Не будет для нас грехом украсть, ибо мы заслуживаем денег больше других. Но, увы, я слишком стар и слаб, чтобы стать вором!
- Мы молоды, - ответили ученики, - мы справимся! Нет ничего, что бы мы не совершили ради тебя, учитель! Скажи же, как нам поступать, а мы будем повиноваться тебе.
- Вы сильны, - ответил учитель, - для вас ничего не стоит отнять кошель у богатея. Поступите так: выберите укромное место, где вас никто не увидит, потом схватите прохожего и отберите деньги, но не причиняйте ему вреда.
- Отправимся прямо сейчас! - загалдели ученики.
Только один из них, опустив глаза, хранил молчание.
Учитель взглянул на юношу и сказал:
- Другие мои ученики исполнены отваги и горят желанием помочь, а тебе нипочем страдания учителя.
- Прости, учитель! - ответил юноша. - Но твое предложение невыполнимо! Вот причина моего молчания.
- Почему невыполнимо?
- Да ведь нет такого места, где никто не увидит, - ответил ученик. - Даже когда я совсем один, я сам вижу. Да я лучше с нищенской сумой пойду подаяние просить, чем позволю самому себе увидеть себя крадущим.
От этих слов лицо учителя просияло, и он обнял своего ученика.
- Счастлив я, - сказал старик, - если среди моих учеников хотя бы один понял слова мои!
Остальные ученики увидели, что мастер испытывал их, и от стыда склонили свои головы. С того дня, когда бы ни пришла им на ум недостойная мысль, они вспоминали слова своего товарища: «Я сам вижу».
Так все они достигли величия и жили счастливо.
Чем правдоподобнее объяснения, тем меньше им следует верить.
Я выбираю жизнь! Звенящие рассветы
И неба синеву, в ночи - сиянье звезд,
Журчащий ручеёк, поющий песню лету
И рощу из берез, где домики из гнезд.
Я выбираю дождь сентябрьский, что умоет,
Красу родных лесов, аллеи тополей.
Я выбираю тень, что от жары укроет
И осени пейзаж - очарованье дней.
Я выбираю снег, блестяще-серебристый,
Горящие в мороз поления в печи,
Крещенскую купель, морозный воздух чистый
И в доме на столе - на славу куличи.
Я выбираю край и званье ярославца,
Здесь мне отрадно жить на волжских берегах,
Где маковки церквей на солнце золотятся,
Молитвою храним тысячелетний град.
Я выбираю мир, порой, несовершенный,
Где власть дана тому, с кого бы надо брать,
Но есть моя семья, любовь её нетленна,
И на друзей в беде смогу я уповать.
Я выбираю всех курносиков - мальчишек,
Косички-завитки, смешинки у девчат,
Серьёзных, озорных, проказников - плутишек,
Похожих на моих детишек и внучат.
Еще вбираю свет улыбчиво - открыто,
Так дай же Бог, чуть - чуть здоровья и огня,
Судьба, прошу, воздай мне много-много лета.
Я выбираю жизнь.
Жизнь, выбери
Меня!