Она ему раздвигает ноги,
…одним лишь взглядом берёт на раз.
Вот так внезапно мельчают боги в тигриной манкости хищных глаз.
Не ЛСД открывает двери кислотной шнягой в запретный мир.
В нас оживают Слова и звери, когда мы с равными говорим.
Чтоб, сбив противника ненароком,
…не опасаться сломать хребет.
Он был бессилен один пред Йоко / хоть за спиною стоял квартет /
и… самурайский моральный кодекс,
… где важно просто хранить лицо.
А секс для О’но - сплошной перформанс и тест на трусов и подлецов.
…
Одно лишь право:
…в борьбе не сдохнуть.
А впрочем… ноги разведены…
Со стенки пялится Энди Уорхол - свидетель тайной, большой войны.
Но Джон рычит: «Я властитель мира…»
…Она с усмешкой глядит в окно
и, потянувшись с ленцой тигриной, снимает чёрное кимоно.
Молчит.
Становится на колени…
Склоняет голову… ловит такт…
Как и положено королеве, оставшись высшей из доминант,
так угрожающе и фатально сжимает в зубках тугую плоть.
Смешно…
Впервые визжат не фаны,
…а Леннон в приступе корчит рот…
Животным, бешеным криком Мунка ярятся сдвоенно голоса -
в сквозном дуэте: кумир и сука,
…в чьей грешной лексике нет «нельзя» …
И течкой мартовской обоснован в неравной схватке любой каприз.
Так бл@дь, поправшая все основы, взирает царственно сверху вниз.
Ему б побольше британской флегмы,
…но в жилах рокерский Ливерпуль.
Финал безумного уикэнда грозит ощериться свистом пуль.
Разбиты стёкла… и горкой пепел… кубинский привкус плохих сигар…
огни Нью-Йорка…в виниле - «Пеппер»…
…она кончает…
…момент…стоп-кадр…
А дальше проза…
И вновь в постели они с экранов глядят на нас…
…такие душки…
…но где-то звери
…сидят в засаде их звёздных глаз.
Наши ценности-основа нашей жизни.
Сейчас уже не модно быть чистыми и искренними! Сейчас модно быть подлыми и дешевыми!
Может, деньги и не делают жизнь лучше, но они значительно ее облегчают.
Даже после гения - остаются самые разные продукты жизнедеятельности.
Доверяя эксперту, всё-таки не мешает проверить, кто ему платит.
Молчание - знак согласия мыслей между собой.
Лиля
Собирайся уже, Лилит,
К своей пещере.
В эксплуатацию ввели
Из плоти дщерей.
Ну, а ты как? Вульву во лбу
Прикроешь челкой,
И глаза сотни раз солгут,
Что еще девчонка.
Первых жен, как всегда - в утиль,
Не ждут седины.
Он шептал: «Ты от Бога, Лиль,
Как я, из глины…»
А потом вдруг отдал ребро,
Ложась под скальпель.
И другая сует ведро
И машет скалкой.
Ты узнаешь какой размен
С Эдемом выйдет,
И злорадно: «Мужчина, Змей!»
Воскликнешь, выпив.
А когда его сын убьет
Его же сына,
То волос твоих воронье
Сберет косынка.
Впрочем, бывшего увидав
Седым и дряблым,
Спросишь походя: «Как там love?
Любитель яблок.»
Не ответит - сверкнут огнем
Глаза. И - мимо.
Только горько вослед шепнет:
«Ох, Лиля, Лиля…»
Вот в жизни всегда так: что-то - да не так.
Иногда в нашей жизни происходят самые невероятные события, для того чтобы мы себе задавали самые простые вопросы: на что ты тратишь свою жизнь, кто с тобой рядом, чего тебе не хватает для счастья. Главное ответить на них честно и с открытым сердцем.
Если бы люди смогли жить очень долго, то вся сегодняшняя суета, бесконечно впихиваемая человеком в то мгновение отведенной ему жизни, потеряла бы весь смысл.
Было все: и войны, и потери,
Было все, плохое не забыть.
Как свеча, в глазах огни горели,
Было все, и память не убить.
Было все, когда за долю вашу,
Бились наши прадеды, деды.
Что бы в будущем жилось детям краше.
Было все… но все еще в впереди.
Как под сердцем, в боковом кармане
Молодой совсем еще боец
Защищал, хранил письмо от мамы.
Сколько их? Не счесть таких сердец.
Было все. Скажите чего ради?
Что достигли? Что приобрели?
И зачем в красивом мы наряде?
Радо все победу обрели!
Было все… и войны и потери…
Боль в груди, за падших, не унять.
Как свеча, в глазах огни горели…
Я надеюсь, память не отнять.
Ночная тень падает на дома. Уходит солнце. Темнеют лики. Холодно. Мысль блуждает в горячей голове. Как же всё однообразно и сухо вокруг! Ничего нового. Я не помню, что было вчера, и не знаю, что будет завтра. Я живу в вакууме, окутавшем всю мою ничтожную и жалкую жизнь. Мне холодно здесь, холодно ночью, потому что сон не позволяет сомкнуть уставших глаз. Они полны слёз и отчаяния, которое поселилось в сердце. Скучно и страшно, потому что всё вокруг однообразно и банально. Даже мысли одинаковые и бесполезные, зовущие из горячей постели к холодному окну, за которым прячется серая ночь. Скоро взойдёт душное солнце и оживёт мир в его пыльных лучах. Уйдёт кошмар и снова начнётся тот же день, что и был вчера. Старая сказка без начала и конца.
Душа все шлягеры поет,
Орет во всю, к тому ж ликует.
С кардиограммой вместе пьет,
И та потом еще танцует.
Гуляют так день ото дня,
Как буд то каждый день - последний.
И кардиолог у меня
Дрожит, как будто лист осенний.
Вот так, из года в год, всегда.
Ничто меня уж не исправит.
Года идут, и дурь все та.
И детство в заднице играет!
В наше время, такое бесславное,
мы гордимся свой страной.
Но не гордость здесь вовсе главное,
Ведь так мало, её одной.
Если помощь другим - важное,
Ну, а свой народ в стороне.
Может быть это самое сложное,
Проживать в двуликой стране…