Моя молодость ты заношена
Как вчерашний венок ты брошена
И я чувствую приближенье
Дней неверия и презренья
Не природа холсты декораций
Реки клюквенной крови текут
Под ветвями где звезды пылятся
Одиноко проходит шут
Луч упал холодный и жесткий
На лицо твое на подмостки
Хлопнул выстрел Крик в тишине
Ухмыльнулся портрет на стене
И в картине стекло разбилось
И невнятен напев или зов
То ль случится то ли случилось
То ли мысль то ли отзвук слов
Моя молодость ты заношена
Как вчерашний венок ты брошена
И я чувствую приближенье
Дней раздумий и сожаленья
1917
Перевод Э. Линецкой
------------------------------------------------------------------
Моя покинутая юность
Венком увядшим обернулась
Вот и пришла пора опять
Подозревать и презирать
На заднике пейзаж далекий
Фальшивой кровью залит холст
Паяц проходит одинокий
Под деревом с цветами звезд
Луч лег на сцену пыльной точкой
С твоей заигрывая щечкой
Грохочет выстрел крик в ответ
В тени осклабился портрет
Стекло разбито в старой раме
И воздух еле ощутим
Дрожит меж мыслью и словами
Между грядущим и былым
Моя покинутая юность
Венком увядшим обернулась
Вот и пришла пора опять
И сожалеть и прозревать
Перевод М. Яснова
Мы бродили, вдвоем и печальны,
Между тонких высоких стволов,
Беспощадные, жадные тайны
Нас томили, томили без слов.
Мы бродили, вдвоем и печальны,
Между тонких высоких стволов…
Желтоватый, безжизненный месяц
Над лугами взошел и застыл,
Мир теней - утомлен и невесел -
К отдаленным кустам отступил.
Желтоватый, безжизненный месяц
За стволами взошел и застыл.
Ты хотела сказать… Невозможным
Диссонансом раздались слова:
Стебельки закачались тревожно,
Трепеща, зашептала трава,
Диссонансом больным, невозможным
В тишине прозвучали слова.
И опять - набегающий сумрак
Отуманил молчанье кругом.
Отдаваясь мучительным думам,
Мы брели в полумраке лесном,
И безжизненный месяц - угрюмо -
Озарял нас с тобою вдвоем.
10 августа 1896
Я никого никогда не держу… Потому что тот, кто любит - все равно останется, а тот, кто не любит - все равно уйдет.
Если ты не можешь объяснить, почему прощаешь все выходки определенного человека, значит ты по-настоящему его любишь.
Тани, Машеньки и Светы,
Коли, Вани и Ахмеды!
-Слушайте всегда советы,
Не забудьте, уж, потом
Выполнять с своим умом!
С годами всё незримее
Проходит время зимнее,
Но всё же незаметнее
Проходит время летнее.
«Не забывай, что мозги останутся в гробу, а душа найдёт себя или в Небесах, или в аду»…
Монахиня Мария (Мать Мария), в девичестве Пиленко, по первому мужу Кузьмина-Караваева - монахиня Константинопольского Патриархата. Поэтесса, мемуаристка, участница французского Сопротивления. Канонизирована Константинопольским Патриархатом как преподобномученица в 2004 году.
Российская аристократка, поэтесса, потом монахиня, она стала одной из центральных фигур благотворительной деятельности русского зарубежья, ежедневно разнося пищу по госпиталям и старческим русским домам.
После оккупации Парижа сотни евреев обращались к матери Марии за помощью и убежищем. Им выдавали документы, свидетельства о принадлежности к православному приходу на улице Лурмель, укрывали, отправляли в провинцию. Во время массового еврейского погрома 1942 года, когда тысячи евреев, включая детей, были загнаны на стадион, Кузьмина-Караваева пробралась туда и спасла нескольких детей
9 февраля была арестована за укрывательство евреев и отправлена в концлагерь Равенсбрюк. Мать Мария погибла в газовой камере.. В условиях, рассчитанных на то, чтобы человек переставал быть человеком, она не утратила чудеснейшего человеческого дара - дара мыслить. И когда одна женщина горько пожаловалась ей, что уже ничего не чувствует и даже сама мысль закоченела, мать Мария воскликнула: «Нет, нет, только непрестанно думайте, в борьбе с сомнениями думайте, шире, глубже. Не снижайте мысль…»
Когда она стала монахиней -писала:
«Не помню я часа Завета,
Не знаю Божественной Торы,
Но дал Ты мне зиму и лето,
И небо, и реки, и горы.
Не научил Ты молиться
По правилам и по законам -
Поет мое сердце, как птица,
Нерукотворным иконам.
Росе, и заре, и дороге,
Камням, человеку и зверю.
Прими, Справедливый и Строгий,
Одно мое слово: я верю.»
В постройке кольцевой без окон, без дверей,
Скитальцы, узники бессмысленных путей,
Мы все беспомощны, как птицы средь сетей,
Мы жертвы времени, и страхов, и страстей.
Учителем музыки дочери Надежды Филаретовны фон Мекк был Дебюсси. Да - совсем тогда юный Клод Дебюсси. Когда он попросил руки её дочери (15 лет) - получил ответ:
«Дорогой месье, - не будем путать Божий дар с яичницей! Помимо музыки я очень люблю лошадей. Но это вовсе не значит, что я готова породниться с конюхом…».
Надежда Филаретовна (в девичестве Флоринская), поддерживала Чайковского (6000 в год), никогда не видев его, не будучи профессионалом в музыке. Она была, скорее, топ менеджером: убедила фон Мекка заняться строительством железных дорог. Имея 18 детей вела всю деловую переписку и за 15 лет вместе с мужем стала фантастически состоятельной.
Осёл, напяливший львиную гриву, всегда дурнее и опаснее настоящего льва.
Я живу так как у меня получается, а не так, как кому то хочется.
Уходя не оглядывайся в прошлое, не тяни с собой этот тяжелый груз… смотри в будущее! Пусть оно ещё неопределенно, но оно у тебя есть. А это уже хорошо!
Наступили предпраздничные Новогодние дни. Я быстро шагал по оживленной улице, обгоняя и пропуская встречных прохожих, погрузившись в свои проблемы. В очередной раз обогнав пару из молодых девушек, впереди оказались две маленькие малышки, лет пяти и четырех, которые шли по пешеходной дорожке, держа друг друга за руки.Младшая.явно капризничала. Пропуская встречных прохожих. я невольно замедлился и стал свидетелем отрывка диалога, в котором одна подружка на правах старшенькой, успокаивала другую…-…не расстраивайся, тебе тоже.подарят.Хочешь я рассажу тебе стишок…"-и получив в ответ утвердительный кивок головой… четко и выразительно выговаривая каждое слово нараспев, с пафосом и детской непосредственностью произнесла…"ЗДРАВСТВУЙ ДЕДУШКА МОРОЗ…"-.Да, это был всем известный стишок, который мы частенько вспоминаем перед Новым годом. И вдруг мне захотелось дослушать до конца и узнать, как он выглядит в детской интерпретации. И я пошел медленнее, продолжая слушать…-БОРОДА ИЗ ВАТЫ, ТЫ ПОДАРКИ НАМ ПРИНЕС…-и тут я замер. Подумалось…нет, не может быть. Что-нибудь другое и даже не похожее, только не языком оригинала. Но увы… концовка была… «-ПИДАРАСТ ГОРБАТЫЙ"-.Я был в шоке. Прибавив шаг и нырнув в освободившийся проход, зашагал дальше. Захотелось оглянуться… за малышками, на небольшом расстоянии, шли две молодые мамы и весело смеялись, наверное, рассказывая друг-другу новогодние стишки. Было и смешно и грустно, и… холодно.
Не осуждая позднего раскаянья,
Не искажая истины условной
Ты отражаешь Каина и Авеля,
Как будто отражаешь маски клоуна.
Как будто все мы - только гости поздние,
Как будто наспех поправляем галстуки,
Как-будто одинаково - погостами -
Покончим мы разнообразно алчущие.
Не сознавая собственную зыбкость,
Ты будешь вновь разглядывать улыбки
И различать за мишурою ценность,
Как за щитом обмана - нежность…
О, ощути за суетою цельность
И на обычном циферблате - вечность.
Прощай.
Позабудь.
И не обессудь.
А письма сожги…
Как мост.
Да будет мужествен твой путь
И будет он прям
И прост.
Да будет во мгле
Для тебя гореть
Звездная мишура,
Да будет надежда ладони греть
У твоего костра.
Да будут метели,
Снега, дожди,
И бешенный рев огня…
Да будет удач у тебя впереди
Больше, чем у меня.
Да будет могуч и прекрасен
Бой,
Гремящий в твоей груди.
Я счастлив за тех,
Кому с тобой,
Может быть,
По пути.