Самый страшный хищник на земле - это пьяная, обиженная блондинка с помадой в одной руке и телефоном в другой, которой на все наплевать. Даже на то, что сидит за рулем.
Таково уж свойство женского пола - плакать от горя, плакать от радости и проливать слезы в отсутствие того и другого.
люблю собираться женской компанией, все такие разные: кто бухает, кто ноет, кто страдает, кто жрёт, кто ржёт, а кто-то всё сразу… вот я всё сразу.
Любовь приходит только к тем,
кто очень сильно в ней нуждается…
- Сколько вам лет, сударыня?
- Девятнадцать лет и… двести тридцать два месяца.))
Не говорите женщине, что она прелестна: скажите ей, что другой такой женщины в мире нет, и вам откроются все двери
Мечта женщины - быть женщиной мечты ;)
Мужчина любит обыкновенно женщину, которую уважает; Женщина обыкновенно уважает только мужчину, которого любит. Поэтому мужчина часто любит женщину, которую не стоит любить, а женщина часто уважает мужчину, которого не стоит уважать.
…Кончайте Вы следить за ТЕЛОМ!
И так Вы - просто хороши!
Сходите, лучше-ка, по делу:
На ЭПИЛЯЦИЮ ДУШИ…
Улыбка грустная - Вас старит…
Что я могу Вам предложить?
Сводите мысли Вы в СОЛЯРИЙ.
Свои. …Им, бледным, трудно жить…
Меняйте жизнь! И Ваши грани -
Вновь в свете смогут заиграть!
…А ЦЕЛЛЮЛИТ своих желаний -
Старайтесь чем-нибудь скрывать…
…Не надо даже притворяться,
Чтоб стать СЧАСТЛИВОЙ хоть бы раз:
Накрасьте лаком НОГТИ ГЛАЗ!
…И просто ВЕРЬТЕ, что Вам ДВАДЦАТЬ.
Алан Эббот
Мы, женщины, которым уже «за»…
Но с каждым годом крылья всё сильнее,
И кто сказал… любить уже нельзя…
Неправда! Любим, ценим и умеем!
Женщины чувствуют как-то иначе.
И откровенней, и глубже, и злее.
Женщин пугают обычно задачи,
Чувства у них размышлений ценнее.
Женщины чувствуют строже, серьёзней.
Часто мужчины к тому не готовы.
Мыслят стихами, мелодией, прозой,
Да и прощать могут снова и снова.
Женщины чувствуют внутренним миром,
Что им раздумья, предчувствия, страсти?
Чувства и есть их могучая сила,
В них магнетизм для надежды и счастья.
Женщины чувствуют все по-другому.
Без подстраховки, неистово, дико,
Взглядом, молчаньем, коротеньким словом
Намного сильней, потрясая, чем криком.
Надо всегда быть терпимей друг к другу,
Боль причинить может даже пол-взгляда.
Чувства - не ставка, не вздор, не заслуга,
Это, скорее, мужчинам награда…
Женщины чувствуют больно, тревожно.
Горы свернуть могут силой сердечной.
Только с их чувствами будь осторожней,
Чтобы они не остыли… навечно…
Любите женщину, какой вы ее сделали, или делайте ее такой, какой вы ее любите
А женщиной становиться, как правило, нелегко. Сначала мы все - за принцем, по следу его подков, ну, то есть, подков-то конских, но дело уже не в том - два взгляда, потом - знакомство, а после - с коня, и в дом. А дом полыхает жарко от страсти и чистоты, и ты для него - служанка, и девушка из мечты, что надо, с умом подбрито, ну просто три раза ах, у трона и у корыта, и всюду - на каблуках. А он копошится мелко под грузом твоих надежд, угрюмо глядит в тарелку - «Ну что ты, родной, не ешь», испуган почти до колик безумством твоей души, и вот он - блудливый котик из дому навек бежит. Ну что тут - пожар потушишь, коня на скаку схватив - ах, сволочь, он плюнул в душу, развод и аперитив.
Потом ты выходишь в поле, походка твоя легка, ты кошка, и ты на воле, и в поиске мужика. И бедра твои округлы, и очи твои с искрой, ну что вы, какая кухня, безумие, домострой! Из карточной рассыпухи ты вытащишь даму пик, на лавке рядком старухи считают - тебе кирдык, совсем загуляла девка, пропащая, что сказать, и, словно плевок, припевка - плешивое слово «блядь». Тебе наплевать на это, ты греешь холодный дом, подружки дают советы, но чаще ты спишь с котом.
Но сказано - время лечит, не угли уже, зола, и ноги на чьи-то плечи - для радости, не со зла, и вот он - герой романа, в руках номерок зажат, глядишь на его изьяны, и дринькаешь оранжад. Ну что там у нас по списку - храпит по ночам с тоски, мечтает о Жанне Фриске и прячет в диван носки. Все это портрет с натуры, Чапаев и пустота, известно, все бабы - дуры, но ты-то уже не та! Где нынче отыщешь принца, спасибо, он был уже, и ты воздвигаешь в принцип пристрастие к неглиже. Свободны, бесспорно, оба, спокойна от, а до я, но душит ночами злоба - где шляешься ты, свинья? Однажды (и это странно!), поставишь ему на вид, и вот уж герой романа не пишет, и не звонит.
Бесстрастно поставишь точку, и выйдешь на белый свет, но снится ночами дочка, которой все нет и нет. Работа, друзья, карьера, подводка, помада, тушь, и очередь кавалеров, но капает в ванной душ. Все это, пожалуй, глупо, что делать, такая жизнь, украдкой кусаешь губы, когда говорят «ложись!». Однажды, устав до колик от шума и от кальсон, решишь, что отныне в койке ты ищешь здоровый сон.
И вот ты живешь-не тужишь, такая Карден-Диор, подруги давно при муже, зато у тебя - декор, готовишь себе лазанью, калорий отсыпав горсть, но звезды уже сказали, что будет нежданный гость. Ух, ты бы по этим звездам - в упор, из дробовика, но поздно, родная, поздно, куда ты без мужика? Ты помнишь -твердила мама, что надо терпеть, как вол, и папа, приняв сто граммов, стучал кулаками в стол, дурная, лихая сила его волокла до дна… Потом, у его могилы, не плакала ты одна. Но память - такая штука, она норовит предать, и мама все просит внука, чтоб отчество передать. Ну все, отвлеклись, довольно, пока мы болтали здесь, подъехал клиент на «Вольво», и денежки тоже есть. «Хватай, - поддержали с тыла подруги, - не то уйдет!»…Ну, в общем, ты с ним крутила, не сделав потом аборт. Сказала ему без крика - спасибо, на этом все, а он улыбался дико, почувствовав, что спасен.
«Зачем, почему, ты дура!» - кричали ей вслед глаза, живот, округлив фигуру - единственный, кто был за. Плевать на слова и сплетни, не им за тебя решить, а дочка родится летом, но надо еще дожить.
…Сгорает в кастрюле каша, в игрушках царит бардак (а дочку назвали Машей, без умысла, просто так). Глядишь на нее украдкой, не веря в свою судьбу, а дочка мусолит пятку, и мрачно кривит губу. Растет, головенкой вертит, конфету зажав в руке, а ты, улыбаясь, чертишь зарубки на косяке. Конфета, потом - помада, с подружкой глоток вина, и «Мамочка, ну не надо, я просто пройдусь -луна, ты, знаешь, а он хороший…», и роза на стебельке. Паршивца зовут Сережей, и ты с ним накоротке. Свои вспоминая роли, волнуясь, сходя с ума, ты, вместо «Рехнулась, что ли?!», ей скажешь:"Решай сама. Подумай, чего ты хочешь, дорог на земле полно…", и будешь потом полночи бездумно курить в окно. Как сделать, чтоб ей, малышке, зажегся другой маяк, твои не достались шишки, колдобины, острия? Прикрыть бы, укутать, спрятать… чтоб жизнь не открылась ей, и стала дешевым ядом, как выдохшийся портвейн.
Дождавшись свою пропажу, увидишь, как в первый раз, и все про себя расскажешь, без вымысла и прикрас. Про то, как дрожат ресницы, когда за душой - беда, и первый, зараза, снится, пусть изредка, иногда, и третий, четвертый, пятый… любовь, понимаешь, Маш? «И твой заезжает папа, впадая в семейный раж, и Коля звонит, и Гриша, ну, помнишь, такой, в пальто? Все это, родная, слышишь, должно быть, совсем не то. Но я не жалею, дочка, себя на куски разбив…» И скажешь, поставив точку: «Не бойся. Живи. Люби».
Затянешься, глядя прямо, и грянет - из темноты: «Какое ты чудо, мама! Я тоже хочу - как ты!» ©
Не злите женщину! Более мстительного существа вы не найдете. Вас простят, но потом припомнят.
Притча о создании женщины
Когда Бог создавал женщину, он работал поздно на 6-й день. К нему зашел ангел и спросил: «Зачем ты тратишь так много времени на это?»
Господь ответил: «Посмотри на все спецификации, которые я должен соблюсти, чтобы сделать ее. Она должна быть легко моющейся, но не из пластика, иметь больше чем 200 двигающихся частей и в то же время грациозно двигаться. Должна излечивать себя, когда она больна. Работать по 18 часов в сутки. У нее должно быть только две руки, но она должна уметь обнять сразу несколько детей, и уметь обнять так, чтобы прошла любая боль, будь то пораненное колено или душа».
Ангел был впечатлен: «А это стандартная модель? Это же невозможно! Слишком много работы на один день. Отложи ее на потом».
«Нет» - сказал Господь, «Я закончу ее сегодня, и она будет моей любимицей».
Ангел подошел ближе и прикоснулся к женщине. «Господь, но она такая мягкая!»
«Да, она мягкая, но я так же сделал ее очень сильной. Ты и представить себе не можешь, что она может выдержать и преодолеть. Она выглядит хрупкой, но в ней огромная мощь.»
«А думать она может?» - спросил ангел.
Господь ответил: «Она может не только думать, но и убеждать».
Ангел дотронулся до щеки женщины. «Господь, кажется, она у тебя получилась бракованная - она протекает».
«Нет, она не бракованная» - поправил ангела, Бог, «Это слезы».
«Для чего они?» - спросил ангел.
«Они выражают ее печаль, ее любовь, ее одиночество, ее страдания и ее гордость».
Ангел был действительно впечатлен. «Господь, ты гений! Ты обо всем подумал. Женщина и в самом деле изумительна!»
«О, да» - сказал Бог. «У нее есть силы, которые могут удивить мужчину. Она может смеяться, когда ей хочется плакать. Она может улыбаться, когда ей страшно. Она будет помогать другому, когда ей самой нужна помощь. Один лишь ее взгляд способен сделать то, что мужчине не под силу…»
Ангел не мог произнести ни слова и стоял зачарован.
Затем Господь вздохнул: «Но есть в ней одна вещь, которая совсем не так. Один недостаток, который если она сама не исправит, может испортить ей жизнь».
«Что же это?»
«Она не знает себе цену…»