Хорошие люди нужны всегда, чтобы их использовать.
Распахнув пошире окна,
Утром ранним в октябре,
Безгранично-удивлённо,
Простоял — минуты две!
Я стоял заворожённо,
Восхищаясь красотой,
Что за рамою оконной,
Засияла предо мной!
Вместо листьев золотистых,
На деревьях меж ветвей,
Снег искрился серебристый,
Бесконечностью огней!
Всё окутано сверкая,
Белоснежной пеленой,
Ярким блеском озаряя,
Сад осенний — ледяной!
Практичность всегда имеет запасной вариант.
Чувства — это узники сердца, томящиеся в четырех камерах и иногда гуляющие по кругу кровеносной системы.
Критики не выносят критики.
Взлетели с елей сизые голубки,
Усыпав снегом шишки, что опали —
С пушистых веток из-под полушубков,
Что серебром их молча укрывали!
Колышась ветви, словно ветерок —
Их после сна глубокого встревожил.
Встряхнули снег в сияющий сугроб,
Его слегка, но всё же — приумножив!
Как дивно находиться средь красот,
Что нас вокруг местами окружают!
И наблюдать как с ёлочных высот:
Снежинки с веток падая — сверкают!
Стоят у дороги и не шелохнутся,
Величием сонным — прохожих пленя,
Как будто от снега сейчас встрепенутся,
И падая он — засияет в огнях!
Большие, могучие, хвойные кроны,
Укрытые снегом покорно — молчат,
И даже взлетевшие с веток вороны,
Никак не тревожат деревья что, спят.
О, как вы прекрасны, могучие сосны,
Как много в вас силы, земной красоты,
И будто с картины ваш образ воссоздан,
Вживую глядит на меня с высоты!
Вечер огнями украсил столицу,
Лампы горели на столбиках в ряд,
Падая снег на свету серебрился,
К вальсу снежинок притягивал взгляд.
Снег застелил не спеша тротуары,
Ели укутал от шумных машин,
Радуя блеском влюблённые пары,
Словно собою их сблизить решил.
Всюду витрины войти приглашая,
Тёплым уютом из окон манили,
Звали согреться за чашечкой чая,
С запахом пряным имбиря, ванили.
Вечер огнями украсил столицу,
Снег её блеску кружился в награду,
Много ль влюблённым для радости надо?
В городе, в час волшебства снегопада!
А ты непременно себе заведи
Того, кто прижмёт тебя нежно к груди.
А если сиё от тебя не зависит,
И если тоска свою норму превысит,
Тогда заведи, пустоту не любя,
Котёнка, чтоб спал на груди у тебя.
Разведчики для меня — это люди не от мира сего. Их имена долго держатся в секрете. Они работают с риском для жизни, не требуя для себя особых почестей. И эти почести порой приходят тогда, когда их уже нет в живых. Светлая память этим людям…
… где же смысл в этом проектированном налоге? Если я с каждых тысячи долларов получаемой мною ренты заплачУ по пятьдесят пять центов, как того требует от меня новый налог, то кто же может полагать, что ради таких грошевых налогов я соглашусь расстаться со своими землями, доставшимися мне от предков, которые вот уже пять поколений владели ими?
Понимаешь, всё ещё будет, или было, но повторится, мы с утра умываем лица, лица воли и окна судеб, а там солнышко улыбнулось, а там дождик зовёт на грабли, где ничто не мешает плакать, среди счастья радуг и улиц. Светлый дождик течёт по лицам, светлый дождик стучит по крышам, может дождику тоже надо, чтобы кто-то его услышал, он так весело барабанит, оживляя цветы и травы, никого вода не обманет, ни надежду, ни переправу, она честно качает лодки, от огня защищает сушу и душа, от её щекотки молодеет под звоном душа, вместе с нею струится время, нас неся до своих пределов, куда воля, как средство от лени, бодро двигает дело и тело.
Спокойно спящему житье,
Вдох, выдох — ровно, чётко тлеет.
Лишь сам себе во всём главнее,
И даже ежели прижмёт —
Уйдёт от дум
Икоркой радует аспект,
Велюром ласково-уютным,
Устроен накрепко покуда…
— Ты б отказался?
— Я? Ну, нет!-
И так — любой…
Не плохо служится во сне,
Придётся, впрочем, пресмыкаться,
Но остальное словно в сказке —
Урвал и незачем краснеть.
Да и жалеть.
Он счастлив — думает. Как все,
Кому фортуна подмигнула.
С того надменен, избалован
И предсказуем. Выбор — смел.
Карман — широк.
Проснется, может, — загрустит.
Ругнется вдруг:
— Какой дурак!
Зачем?
За что?
Ну как же так?
Хлебнет, что крепче, от тоски
И жить начнет.
Как избежать нападок опыта и ума
Вот тебе тёплый свитер, книги и вкусный чай. Явится злобный критик — помни: не отвечай! Плюнь на его разводы: страхи и пустяки. Мы ведь одной породы, будто бы две руки. Как избежать нападок опыта и ума?! Если не будет сладу — я разберусь сама: вот тебе тёплый свитер, книги и вкусный чай. Милый, усталый критик, кутайся, не серчай: пусть на пороге осень, нынче медовый спас. Книги берёз и сосен Бог не жалел для нас. В свитер вложили руки часть моего тепла. Чай согревает в муке край твоего стола.
Не все в жизни должно происходить только для опыта, кое-что пусть будет и для удовольствия.