Как же мира мучительно хочется!
Утра тихого, легкого платьица,
Чтобы в небе стрижи и ласточки
Да в пыли воробьев сумятица.
У икон молитва да свечечки,
Травы пахнут, Святая Троица,
И чтоб кто-то шепнул — «Все наладится.
Только к лучшему все устроится».
Как же хочется жизни, Господи!
Паучка в паутине-качелях,
Чтоб рассвет не во взрывах и выстрелах
И закат в соловьиных трелях.
Тихой старости для родителей,
Сыновьям чтоб невесты в локонах,
Чтоб младенцы задорно агукали
В кружевных разноцветных коконах.
Как же хочется правды, честности!
Пусть нароют ее старатели.
Справедливости, словно чуда —
Чтоб с Донбасса ушли каратели.
Чтоб от скверны неверья очистились
Наши души, сквозь пламень прошедшие,
Чтобы дети опять улыбались нам
И вернулись друзья ушедшие.
Не дайте мальчиков войне.
Пусть в землю лягут только зерна.
Пусть в зелень прорастут проворно,
Сокрыв окопы в глубине.
Пусть хватит всем питья и хлеба
И мирного святого неба.
Не дайте мальчиков войне.
Храните матерей от бед.
Все матери в слезах едины.
Зачем им траур на седины?
На сердце положи обет —
Сдержать в себе хотя бы зверя.
В отчаянье, но все же веря,
Храните матерей от бед.
Не дайте власти подлецам.
Но если мы забыли совесть —
Печальна нашей жизни повесть.
Коль преклонились мы дельцам —
Раздолье ворам и льстецам!
И все же — помоги нам, Боже!
Свершится суд и подлецам.
Тебе, Господь, вершить суды.
На все Твоя благая воля.
Ты Сам прописываешь доли
И злым не миновать беды,
Каким бесам бы не молились,
Каким кумирам не клонились.
Господь вершит всему суды.
А нам и в бедах уповать.
И выбор между тьмой и светом
Поступком делать, как ответом.
К крови готовых разнимать,
А коль придется — умирать,
Чтобы сдержать нечестья рать,
Но до последнего дыханья
Любить, прощать и уповать.
Я украинка, сердцем русская.
И честно, как перед Мессией —
Над Украиной небо синее.
Такое же — и над Россией.
И в храмах тоже пахнет ладаном,
А у иконок плачут свечи
И так же женщины склоняются,
В молитве опуская плечи.
В пеленках, голубых и розовых,
Младенцы так же пахнут Небом,
А если ты усталый путник-
Тебя всегда накормят хлебом.
Родные бабушки на лавочках
И у шахтеров — руки в раны.
И в День Победы у курганов
В России плачут ветераны.
И память общая, и слезы,
Душа славянская, как море.
И общая за предков гордость,
И одинаковое горе.
Хоть режь меня, хоть бей до смерти,
Но я не с польскими, не с прусскими
Душою, верою и кровью.
Я украинка. И я с русскими.
Черный холмик донбасской земли.
У могилы — поникшая мать.
Сын убит. Так решил фашист.
Сын не стал в стариков стрелять.
На детей не поднял автомат.
Не пошел крушить свой народ.
Был военным, а не подлецом,
Как его убийца — урод.
Ей теперь не нужны слова,
Отголоски мирской суеты.
Ей теперь в каждом лике искать
Безконечно родные черты.
Слышать голос его средь дождя,
В шуме ветра и в гомоне птиц
И пытаться найти его взгляд
В череда незнакомых лиц.
И стоять у икон до утра.
И, как свечи, слезами плыть.
Ей для всех — казаться живой,
А на деле ею не быть.
Ей стареть — одной за двоих
И носить для него цветы,
Фотографию обнимать
И шептать ей — «сыночек, ты…»
И ночами глядеть во мрак,
Цепенеть при словах «навсегда «,
Дай ей Бог эту боль снести.
Дай нам Бог не сгореть от стыда.
И душою, белой, как снег
Он поднялся в Небесную высь.
Украина! Он был Человек.
Украина! Молись и склонись.
не серчайте, люди добры, на меня,
на характер мой и норов непонятный.
мне себя уж, невозможно поменять.
жизнь, увы, не возращается обратно.
не серчайте, добры люди, но моё
восприятие весьма неповторимо.
мне, когда-то, в сердце засадил копьё
злой Амур и стал я очень нелюдимым.
не серчайте, люди добры, на мою
невосприимчивость обыденности дней,
и на то, что я давно, уже люблю,
лишь только, Маму и родимых Дочерей.
а ещё, конечно, Брата и Сестру
я люблю и уважаю неподдельно …
и себя… когда с осколков соберу,
снова ощутив счастливые мгновенья.
не серчайте, добры люди, на мой слог,
разровняв узлом завязанные вены,
о себе я срифмовал слова, как смог…
написал… и предал вечному забвенью…
Даже святой водою годы не смыть с лица,
времени горький след — на душе морщины…
Умер внутри меня озорной пацан,
похоронил его пожилой мужчина.
Где-то внутри — бывает — сорвусь на крик,
но понимаю, некого звать на помощь.
Есть у меня преемник — седой старик,
сморщенный и бесцветный сушеный овощ.
Раньше сомнений не было: жизнь длинна!
Ветер солёный кренил баркас упруго…
Всё-таки жаль ушедшего пацана.
Именно он был самым надежным другом.
Опять ночная мгла со мной,
И ночи ещё долго длиться.
Весь сад овеян тишиной,
И вновь небесная царица,
Едва воспрянув ото сна,
В свои права вступает властно.
В наряде свадебном она,
Как лебедь белая, прекрасна!
В её присутствии я нем,
И не могу не изумляться
Оттенкам пышных хризантем
Среди магнолий и акаций!
Из глади глянцевой пруда
С момента наступленья ночи
Глядят, чаруя, как всегда,
Небес мерцающие очи!
И я не в силах осознать
В сей миг небесную бездонность,
Всегда имеющую склонность
Воображенье поражать.
Молчание в воздухе витает
И напряжение растёт
Никто увы не понимает
Что что-то здесь произойдёт
А паузы полезны многим;
Для тех кто часто говорит
Они как камни на дороге,
Слова для них как динамит.
Взорваться это очень просто
Ещё сложнее удержать
Что режет горло острой костью
И снова просится гулять…(19−50 20.03.18)
Превращение снега в воду
Так похоже на сброс камня с плеч,
Раз в году даруют свободу
Всем живущим для новых встреч.
Мотылькам, муравьям, букашкам
Размножаться под пенье птиц,
И слетают штаны и рубашка
Под весенние взмахи ресниц.
Ах, весна, ты — шалунья, секси,
Любят все твой юный напев,
Без ума, от согретых рефлексий,
И бушует снаружи рельеф…
Поэт живее всех живых
— он боль душа народа.
Рассвет веков золотых,
— на душе его тревога.
Меж небом карпит и землёй
— гласит о жизни вещей.
Рождён под яркой звездой
— властью он обесчещен.
Душой в народе завсегда
— стихи в летах вечны.
И возгорит его звезда,
— в музе нетленно вечной.
Когда не знаешь ты что делать,
сядь, просто Богу помолись.
Не осуждай и не противься,
а тихо к Богу обратись.
Отец небесный, дай мне силы.
И за грехи мои прости.
Будь мне защитой и опорой.
И верный путь мне укажи.
В молитве этой сокровенной,
как на духу, всё расскажи.
Господь всё слышит и поможет.
А ты в душе его храни.
Siriniya. ноябрь 2017.
Мягкая… с добрыми…
Нежная… с избранными…
Строгая со многими…/особенно во время рабочее/
Равнодушная с прочими…
Честная… вне зависимости от и для…
Необходимая тем… кому нужна…
Прохожая… идущим мимо моих дверей…
Попутчица для друзей…
Верная… увы тоже… вне зависимости…
Для кого-то очередная…
Для кого-то единственная…
Ураган… сметающий всё на своем пути —
Если обидят тех… что «мои»
Тихое море… в штиль… ласковая
Когда в кругу своих… без опаски я…
Не доверяющая… но верящая…
Тонко-чувствующая… настоящая…
Потому ранимая… но не ранящая…
Разная с разными…
Взаимная… дружащая с головой…
Добрая…
Но… тем… кому не позволено сесть на шею…
Считают злой…
Любящая отчаянно…
Живущая — точно так же…
Веселая. временами печальная…
Не удерживающая…
Уходящих…
Словом…
Женщина…
Странная…
Скверная…
Верная…
Лучшая…
Слабая…
Сильная…
Всё- могущая…
Весенняя…
Апрельская…
Юная…
Зрелая…
Принцесса…
Золушка…
Королева…
Много-познавшая…
По-детски наивная…
Тайна…
Изюминка…
Любящая…
И любимая…
Всё перечислить разве возможно?
Из ребра создана…
Хрупка…
Проста…
И до невыносимого сложна…
Женщина…
Едва заметная тропинка ведет меня в сосновый лес.
Вот так и ты мой'' невидимка'', ты вроде был и вдруг исчез.
С тобой вдвоем, ещё ни разу ни кто нас вместе не встречал.
Ты, как блуждающая пуля, таких моментов избегал.
Ты появляешься внезапно и пропадаешь вновь опять.
И я порой не понимаю, а надо ли тебя мне ждать.
От этих фокусов устала, хочу с тобой такой тропы, где б никогда я не боялась, что вдруг исчезнешь снова ты.
Siriniya. Март 2015.
Я горжусь, что родилась в России в самой честной надежной стране.
И у нас были годы лихие, но мы вместе- мы сила везде.
Ни фашист, ни игил, ни бандера нас не смогут ни чем запугать.
Если надо, геройски и смело, будем Родину мы защищать.
Siriniya. февраль 2017
Ночь крадётся мышью серой…
Подползает чёрной кошкой…
И чешуйчатой химерой
Замирает за окошком…
Щурясь, заморгали звёзды,
Смахивая облаками
Навернувшиеся слёзы
Невесомыми платками…
Сквозь прореху в небе месяц
Бледно-жёлтый недозрелый
Вылезает куролесить
Над землёю без предела…
Воздух вязким липким гелем
Растекается повсюду…
А проныра ветер в щели
Рвётся с жутким перегудом…
То стращает аж до дрожи…
То пугает нудным писком…
То беззвучием тревожит
В настроении садистском…
Сбросив прежние обличья,
Овладев волшебной силой
Полноправною царицей
Ночь в права свои вступила…