Едва открою сонные ресницы,
а образ твой уже перед глазами,
и сердце рвётся ввысь счастливой птицей,
крича о чувствах жаркими речами.
Ты в каждом его слове, в каждом звуке
и только о тебе оно мечтает.
Любовь дана наперекор разлуке
и с ней бесследно время исчезает.
Скучаю сильно, но неважно это.
Хоть на душе частенько воет вьюга,
с улыбкой вспоминаю наше лето,
в котором мы с тобой нашли друг друга.
Пускай огонь любви наш будет вечен,
в любую непогоду согревает.
Люблю тебя, родной мой человечек,
и без тебя себя не представляю!
Уходя, оставьте Свет.
Это больше, чем остаться.
Это лучше, чем прощаться
И важней, чем дать совет.
Уходя, оставьте Свет -
Перед ним отступит холод!
Свет собой заполнит город,
Даже если Вас там нет.
Уходя, оставьте Свет,
Как маяк, в туманном море,
Как лекарство, против горя,
Как сердечности привет.
Кто-то скажет: «Чушь и бред!
Нет лекарства против горя!»
…Я ни с кем не стану спорить.
Я дарю вам свой секрет:
Уходя, оставьте Свет,
Свет любви средь серых буден,
Как надежду: «Будем! Будем!»
В час, когда надежды нет.
Уходя, оставьте Свет,
Даже если расстаётесь,
Даже если не вернётесь -
Уходя, оставьте Свет.
Уходя, включите Свет.
Кто ошибся, Тот вернётся.
Пусть не гаснет Ваше Солнце!
Уходя, оставьте Свет!
Приходя, несите СВЕТ!
Тот, кто СВЕТЕЛ, тот и ВЕЧЕН!
Путь со Светом бесконечен.
Приходя, несите СВЕТ…
Мой милый пёс,
Скулить не надо.
Годов обоз
Везёшь богатый.
Полуослеп,
И слышишь плохо.
Видок - нелеп,
Как у пройдохи.
Свалялась шерсть,
Истёрлись зубы.
Но злоба есть,
Рычишь ты грубо.
Для службы стал
Совсем не годен.
Тебя мне жаль -
Ты телом болен.
Шагнуть готов
В объятья смерти.
О том без слов
Скулю, поверьте.
Мой милый пёс,
Дружок мой верный…
В остывший нос
Целую нежно.
Я живу и дышу только ради тебя
В этот миг, в этот час, дорогая.
Незатейливый мир и шалунья-судьба
Мне об этом твердят несмолкая.
Пусть разлуки мотив, негатив её нот
Не сожжёт мне и сердце и душу.
В этой жизни - ты счастья твердейший оплот,
Верность нашей любви не нарушу.
Припев: Не бывает любовь безымянной,
Имя ей - имя наших сердец.
Это счастье - оно многогранно,
Это - прочность венчальных колец,
Это - жизни, судьбы первозданность,
Это радости светлой - венец.
В сотый раз я твержу, что любим и люблю,
Что ты - радость моя неземная.
Звёзд небесных во тьме обещаю салют,
Самой лучшей тебя называя.
В бурных грёзах и в яви свершившихся мечт
Вновь шепчу: боже, правый и сильный,
Помолись о любви, в суете не перечь
Нашим душам земным многокрыльным.
Припев.
Белое поле - снега, да снега.
Грезится что ли мне песнь ямщика?
Ветер ли это средь зимних широт
Вольностью бредит, уныло поёт?
Белая вьюга, печали полна,
Бродит повсюду, напившись вина
Из замороженных ягод рябин;
Горько рыдает уткнувшися в тын.
Белыми лапами ели сплетясь,
Под снегопадом танцуют свой вальс.
Белые платья берёзок свежи,
Пледом укрылся и дуб-старожил.
Белое солнце морозного дня
Коротко светит, тепло не суля.
Зимняя ночь смотрит белые сны,
Что оборвутся с приходом весны.
С утра метёт метелица,
Не ступишь за порог.
Снег стелется и стелется
И не видать дорог.
И дали превращаются
В холодный снежный дым.
И в нём простор теряется,
Становится седым.
И всё вокруг заснежено,
И снег идёт… идёт…
Порошею засеяно,
И ветер зло поёт.
Змеёй позёмка стелется,
Не видно и двора…
Гуляй, мети, метелица,
Пока твоя пора!
Уже лучи над морем меркли,
И зимней ветреной порой
Стоял седой раввин у церкви
Под черной сербскою горой.
И волны, ваши благородья,
Стучали шпорами в песок.
И слёз счастливых полноводье
Сдувало ветром на висок.
Коленопреклонённый, на пол
О чём ронял молитвы он?
О чём у старой церкви плакал
Под колокольный чистый звон?
И в чём спасение от горя,
От пули, хвори, топора?
Ему казалось: это море
И в дымке чёрная гора.
А я, согретый похвалами,
С какой-то девочкой шагал
И иллюстрировал словами
Все то, о чём писал Шагал.
Цыганских родина мелодий
Средь гор и волн, озёр, равнин…
Безумство ваших благородий.
В Христа влюбившийся раввин.
Copyright: Марк Постернак, 2018
Свидетельство о публикации 118012508736
Продрог немного, лапы замерзают.
От холода белеет красный нос.
Бродячей все собакой называют,
А я ведь просто добрый, старый пёс.
Народ толпится, все спешат и рвутся.
За тем прохожим путь свой проложу.
Быть может, повезёт сегодня лучше,
В подъезде я ночлег себе найду.
- Постой, не закрывай, хозяин, двери,
Я лишь погреться просто здесь хотел.
- Пошла отсюда, псина! - громко хлопнул!
И я отошёл оттуда, что есть сил.
За что меня бродячим называют?
Кусачим, страшным, бешеным ещё?
Я этих слов совсем не понимаю,
Наверно я не нужен, вот и всё.
А в городе салюты зажигают.
Так громко, разлетаясь в небесах.
Огнями ёлки ярко замерцают,
К нам дед мороз спешит в своих санях.
Витрины магазинов чудно светят.
Там вкусно пахнет, вот бы мне туда.
Наелся бы наверно до отвала,
Сейчас голодный очень я, беда.
Прошу, хоть корочку мне киньте,
Пусть крошечку, пожалуйста, прошу!
Так холодно сегодня, слёзы вытру,
Ещё немного, скоро ухожу.
За тем прохожим снова попытаюсь,
В подъезде я укрыться на ночлег.
Но снова прогоняют это значит,
Пойду прилягу с дверью, рядом в снег.
Как хорошо, той ночью, видел я салюты.
На сердце было радостно, тепло.
И не боюсь совсем я быть простужен,
Час сновидений манит глубоко.
Наверное я никому ненужный,
Что говорят бродячий, старый пёс.
Я не боюсь от снега быть простужен,
Душа его теперь в долине роз.
Опустился вечер синий,
Дивный, чудный и красивый.
И луны волшебный свет
Оставляет синий след.
Дали синие, просторы,
Звёзд чудесные узоры.
Синий-синий небосвод,
Синий снег и синий лёд.
На деревьях чудо-иней,
Тоже синий, тоже синий.
И блестит, как серебро,
Как хрустальное стекло.
Даже синие снежинки
И дороги, и тропинки.
Тишина стоит кругом,
Синий вечер за окном.
Чудо сотворила
Белая зима!
Лес посеребрила
Инеем она.
На окошках иней,
На ветвях берёз.
Ничего красивей
Не встречал мороз.
Иней серебрится,
Бисером блестит.
Светится, искрится
И огнём горит.
Это просто диво,
Это божество!
Сказочно, красиво,
Словно волшебство!
Кому-то хочется весны
А я зову хмельную осень
Чтобы нырять в её дожди
И росы пить из глаз раскосых
Чтобы застынуть на ветру
Вдыхая ароматы прели
И в ранних сумерках внимать
Мелодиям её свирели
Чтобы сорвать с её груди
Багряно-огненные блузы
И загонять свои шары
В её трепещущие лузы
Чтоб по ночам писать роман
Или безумные куплеты
И засыпая бормотать
«Я очарован бабьим летом…»
..а сколько их,
плюющих в спину,
но держится удар Судьбой,
Не НАД прогнусь. Не ПОД.Не сгину.
Я остаюсь самой собой.
От песен дрожь, а в подреберье
добро выходит стороной.
как плохо в лучшее безверье,
но как всегда-Господь с тобой,
мой друг, спешащий на такси,
и мать, гордящаяся чадом,
дадут тебе-ты попроси,
что есть, то значит сердцу надо.
Не врать, не предавать. Ни-ни.
Рвет душу звон гитарной песни.
и все о том же: о любви.
С ней даже подлость интересней.
Ольга Тиманова
Вместо стремления к поиску эндорфинов
кто-то в комнате у себя заряжает ружьё,
человек человеку не друг, когда лучшим из фонов
к потребительству и цинизму служит любовь…
Почернел червивый сад
Черви древо заточили
И теперь чрез чрево в зад
Часто чавкая вскочили.
Че то чешется плече
Не иначе чай сгубил
Счас бы был чел палачем
Чик - плече бы отрубил.
Нипочем никчемность чувств
Чары ничего не значат
За врачем грачем влачусь
Чат брачующихся начат.
Уметь летать, раскинув руки,
Отвергнуть силу притяженья -
Блаженство? Дурь? А может муки?
Но как легки её движенья!
Лишь шаг с окна, и выше, выше!
Воздушна, вовсе невесома,
Спугнув котов с чердачной крыши,
Она летела в ночь из дома.
Приветливо кивала встречным,
Таким же, как она - крылатым,
И улыбалась им беспечно,
Свободно и не виновато.
На языке, лишь ей понятном,
Луне рассказывала тайны,
И восторгалась - как приятно
Поймать звезду в ладонь случайно.
Верхом на месяца горбушке,
Качалась в облаке туманном
Среди планет - больших игрушек,
Манивших в небо беспрестанно…
А муж ей грел босые ножки,
В глазах к «больной» таилась жалость.
В кулак зажатой звёздной крошке
Она счастливо улыбалась…