В салоне много вина,
Там пьют бокалы до дна,
Там где-то бродит печаль,
В углу играет рояль.
Дочь капитана, Джаней,
Вся извиваясь, как змей,
Танцует «Танго цветов»
Среди пиратских ковров.
Однажды в этот салон
Заехал юный барон,
Увидел крошку Джаней
И очарован был ей.
«Джаней ты будешь моя,
Любить ты будешь меня,
Ходить ты будешь в шелках,
Купаться в нежных духах».
А капитан был ревнив
И в грудь барона вонзил
Тот нож, который хранил,
Тот нож, который хранил.
И вот два трупа лежат,
Все извиваясь в крови,
А через несколько дней
Скончалась крошка Джаней.
А на прощанье она
Сказала эти слова:
«Барон, я буду твоя,
Любить я буду тебя,
Ходить я буду в шелках,
Купаться в нежных духах».
В салоне мало вина,
Там пьют бокалы до дна,
Там где-то бродит печаль,
В углу - разбитый рояль.
В пыльной Москве старый дом в два витражных окошка
Он был построен в какой-то там -надцатый век.
Рядом жила ослепительно-черная Кошка
Кошка, которую очень любил Человек.
Нет, не друзья. Кошка просто его замечала -.
Чуточку щурилась, будто смотрела на свет
Сердце стучало… Ах, как ее сердце мурчало!
Если, при встрече, он тихо шептал ей: «Привет»
Нет, не друзья. Кошка просто ему позволяла
Гладить себя. На колени садилась сама.
В парке однажды она с Человеком гуляла
Он вдруг упал. Ну, а Кошка сошла вдруг с ума.
Выла соседка, сирена… Неслась неотложка.
Что же такое творилось у всех в голове?
Кошка молчала. Она не была его кошкой.
Просто так вышло, что… то был ее Человек.
Кошка ждала. Не спала, не пила и не ела.
Кротко ждала, когда в окнах появится свет.
Просто сидела. И даже слегка поседела.
Он ведь вернется, и тихо шепнет ей: «Привет»
В пыльной Москве старый дом в два витражных окошка
Минус семь жизней. И минус еще один век.
Он улыбнулся: «Ты правда ждала меня, Кошка?»
«Кошки не ждут… Глупый, глупый ты мой Человек»
Ты много раз твердишь прости зло на зло не возврашай обратно
жизнь ведь такая штука хоть не вернёться то на что обижен ты
но жизнь злому человеку даст на то ему другой урок
и ты мой сын не будь лукавым не принимай и не привязывай к себе чужую злость на век.
Не надевай другую маску будь таким какой ты есть
Что грусть в груди, а на леце улыбка и что радость в сердце ты грустишь,
пусть всё идёт рекой самой куда течение направлено другой дорогой
ведёт туда где счастье есть и вместе сней любовь придёт как в детстве вновь.
Пройдут что дни иль месяцы и годы редко впоминайте былые времена
как разум творит чудеса и страдание мой сын
от боли успокоить нельзя,
и все же люби мой радной что есть на земле, но только одно не забудь на перёд!
Какие бы боли бы не были в жизни люби и надейся и всё остальное у видешь вперёд…
Акбар Мухаммад Саид
Я не святой, но чист душою, пусть не ходжи и не мулла,
Отмечен будто бы судьбою, и на устах любви слова.
Хоть получал удары в жизни, всё чаще в глаз, не по бровям,
Я предан лишь своей Отчизне, не на словах - а по делам.
Судьба готовила с рожденья, и потому широк мой лоб.
Не становлюсь я на колени, и не заткнёт никто мне рот!
Уж лучше быть обычным рИндом, и странствовать десятки лет,
Чем быть безродным подхалимом, и доедать чужой обед!
Не предал я ни разу друга, не лгал ни в чём, не лебезил.
Прослыл отшельником в округе, я Музе искренне служил.
Правдив я был - правдив и ныне, смотря в глаза всё говорю,
Ни разу не вонзал нож в спину, и по одёжке не сужу!!!
Наверное, так получилось, что стал весь мир теперь иным.
Но как бы там всё не сложилось, не смог душою стать другим.
Люблю я в людях человечность, и презираю злобных яд,
Корю жестокость и беспечность, и не вдыхаю хамов смрад…
Двадцать пять, хоть не круглая дата,
Но хороший такой четвертак,
В день рождения первенца-сына
Вспоминаем, что было и как
Ты родился большой и красивый
Голос громкий и бровки торчком
А ночами орал, что есть силы
Чтоб кормили скорей молочком
Радость деда нельзя передать
До слезы пробрало, до печёнок
Есть внучок у меня, богатырь
Будь счастливым, расти, жаворонок!
Ты спокойным мальчишкою рос
Справедливо бросался ты в драку
Ты ценил настоящих друзей
И воспитывал нашу собаку
За тебя поднимаем наш тост
Наш большой, наш любимый ребенок
Мы гордимся тобою, сынок
С днем рождения, наш жаворонок!
Любви не скажешь:"Уходи".
Она врывается внезапно,
Её пьянящий, терпкий запах
Уже вживается в груди.
В час роковой, при расставании,
Не понимали мы ещё,
Что нам за страсть и за признание
Судьба предъявит жёсткий счёт.
А сердце жжет глухая мука,
А время масло льет в огонь,.
Прошу, мечты моей не тронь!
Я знаю, что придёт разлука,
Я знаю, что нельзя исправить
Ошибок, годы позади…
Не в силах мы судьбою править,
Любви не скажешь:"Уходи".
Любви не скажешь:"Уходи".
Она врывается внезапно,
Её пьянящий, терпкий запах
Уже вживается в груди.
В час роковой, при расставании,
Не понимали мы ещё,
Что нам за страсть и за признание
Судьба предъявить жёсткий счёт.
А сердце жжет глухая мука,
А время масло льет в огонь,.
Прошу, мечты моей не тронь!
Я знаю, что придёт разлука,
Я знаю, что нельзя исправить
Ошибок, годы позади…
Не в силах мы судьбою править,
Любви не скажешь:"Уходи".
«Ложь»
Мы лжем друг другу
Словами гнойными давясь.
И ложь подобно страшному недугу,
Въелась в нас как грязь.
Мы лжем друг другу,
Забыв, что в правде ценность.
И ложь уж тянется по кругу
И превратилась в бесконечность.
Мне приснился майский звездопад
Мне приснился майский звездопад.
Такое чудо вижу в середине января…
Как жаль, что годы не вернуть назад,
А то, что прожито, то прожито не зря.
Багряным заревом опять закат пылает,
Цветами подытоживая прелесть дня.
Что день грядущий нам сулит, кто знает?
А хочется порой узнать, что ждёт меня.
Чтоб обойти, предотвратить, не допустить,
Продлить моменты счастья, навсегда оставить,
Не проклинать обидчиков, суметь простить,
В моменты жизни чтоб изюминку добавить…
Не зря мне снился майский звездопад…
Такое чудо видеть в середине января!
Пусть вещим станет сон. Успела наугад
Мечту я загадать, одним желанием горя…
На завтрак готовлю шикарный омлет,
Полбанки варенья затем уплетаю.
С пампушками борщ и пюре на обед,
На ужин шашлык аппетитно вкушаю.
А на ночь, конечно, клубничный десерт
И пару затяжек кубинской сигары.
Диете я шлю свой огромный привет!
На завтра в меню, на Гавайях, омары.
Одесса. 5 февраля 2018
хочу весну поймать за шкирку
спросить где шлялась прямо в лоб
и мордой тыкать тыкать тыкать
в сугроб
Забродила ранетка на ветках -
То тепло, то морозом прижмет.
Пьянит дичка под Солнцем не редко,
Птичка сок бестолковая пьет.
Очарованы сладким десертом -
Посовели от браги глаза.
Закачало пернатых без ветра
И упали в снега навсегда.
Больше им не летать в поднебесьи,
Не купаться в весенних ручьях.
Не проснемся мы утром под песни,
Разноцветных и крошечных птах.
Скорбь в глазах и слеза у прохожих -
Кто б сказал, не поверил в слова.
Птицы тоже летят все под Богом -
И порой в один миг навсегда.
- Ах, ну почему наши дела так унылы?
Как вольно дышать мы бы с тобою могли!
Но - где-то опять некие грозные силы
Бьют по небесам из артиллерий Земли.
- Да, может и так, но торопиться не надо.
Что ни говори, неба не ранишь мечом.
Как ни голосит, как ни ревёт канонада,
Тут - сколько ни бей, всё небесам нипочём.
- Ах, я бы не клял этот удел окаянный,
Но - ты посмотри, как выезжает на плац
Он, наш командир, наш генерал безымянный,
Ах, этот палач, этот подлец и паяц!
- Брось! Он ни хулы, ни похвалы не достоин.
Да, он на коне, только не стоит спешить.
Он не Бонапарт, он даже вовсе не воин,
Он - лишь человек, что же он волен решить?
- Но - вот и опять слёз наших ветер не вытер.
Мы побеждены, мой одинокий трубач!
Ты ж невозмутим, ты горделив, как Юпитер.
Что тешит тебя в этом дыму неудач?
- Я здесь никакой неудачи не вижу.
Будь хоть трубачом, хоть Бонапартом зовись.
Я ни от чего, ни от кого не завишу.
Встань, делай как я, ни от кого не завись!
И, что бы ни плёл, куда бы ни вёл воевода,
Жди, сколько воды, сколько беды утечёт.
Знай, всё победят только лишь честь и свобода.
Да, только они, всё остальное - не в счёт…
ты даёшь ей лекарство от ревности -
ежедневную порцию лжи.
и она даже мысль о неверности
не пускает в счастливую жизнь.
а другой на свиданье украдкою
говоришь, что от первой уйдёшь,
и она тоже пьёт горько-сладкую,
отдающую морфием ложь.
третью старыми взял ты уловками,
прописав ей похожий рецепт…
ох, напутаешь ты с дозировками,
доморощенный наш фармацевт!
Я не боюсь не сбавить обороты,
от жажды жизни веет палачом,
И занята по горло до субботы,
уткнувшись в стену худеньким плечом,
все будет так, как сказано в начале
в Судьбе прекрасной масса пустяков,
любить-до гроба, рьяно, на накале
в стране из мудрецов и дураков!
Ольга Тиманова