Светлело, каждый раз в душе светлело
И тело отзывалось все сильней.
…Горело, а потом невинно тлело,
Пожарище страстей моих огней.
Агонией бескрайнего блаженства,
Укуталась беспечная душа.
Она одна достигла совершенства
- Ведь совершенно точно хороша!
Когда душа поет до исступленья,
Так хочется всех благом одарить.
Жаль не имеет разум представленья,
Как также телом можно воспарить?
Поговорить. Услышать ее голос.
Ее волос коснуться, губ и плечь.
Я не могу уснуть, ведь чтоб проснуться,
Мне нужно с ней в одной постели лечь.
Не ищи Прекрасное по свету,
Не копайся в собственной судьбе,
Ведь живёт Прекрасное не где-то,
А живёт Прекрасное в тебе!
А я тебя ждала и так любила!
Но душу обожгла о колкий лед…
Я одного тебя боготворила!
Меня никто, пожалуй, не поймет…
А я тебя ждала … Ждала годами…
И сердце для тебя лишь берегла.
А ты… Ты смог убить меня словами,
Когда сказал «мне больше не нужна»…
А я тебя тогда уже простила.
Я верила, что ты же не со зла.
И я тебя по-прежнему любила,
И сердце для тебя лишь берегла…
Прошли те дни, года … да что там, - Вечность!
Прошло все то, что ранило тогда.
Не может сердце плакать бесконечно…
Моя любовь недавно умерла.
Блаженство губ, рисующих Любовь По шёлку белых лилий мотыльками… Едва коснёшься - вздрагиваю вновь, Как капелька росы меж лепестками… Блаженство рук по кружеву небес, Восторженный полёт над мирозданьем… И соткано из тысячи чудес Ласкающее теплое дыханье… Блаженство слов, несказанных в ночи… Пьянящий шёпот бархатного счастья… Янтарный свет мерцающей свечи - Пленительная змейка на запястье… Блаженство душ на краешке миров… Блаженство губ, блаженство рук и взгляда… Блаженство чувств с названием Любовь В серебряных ладонях звездопада
«Диагноз» окружающих-мечтатель и безумец.
И что с того? Давно «по-барабану»
Безумная мечта в любом подспудно дремлет
И просыпается когда-то-поздно или рано.
Да, раз иной, дорог к мечте «не вижу»,
Но отказаться от неё-опять на душу рана
Пока живой-останутся и шансы,
Впасть в «безнадёгу"-муторно и странно
Вновь пробовать!- мечта толкает в спину
Пусть мозг уж истощен и силы-на пределе
И шаг за шагом, понемногу, незаметно
Окажешься вблизи своей заветной цели.
Танго нашей любви
Мы станцуем с тобой.
Ты меня обними.
…Как? - В мыслях мой дорогой.
Ты меня позови
Шёпотом - я ведь услышу.
Да - даже вдали.
Поступью лёгкой неслышно
/Веришь?/ я подойду
Близко - совсем к тебе близко.
К счастью иль на беду
/Не знаю/ - небо над нами так низко …
Милый, милый мой сон,
/Не-ре-аль-ность/ меня обними.
Мысленно в унисон
/Страстно/ танцуем танго любви.
…
Танго - минус реальность.
… Шаг…
Танго - минус надежды.
… Поворот …
Танго - это фатальность
В такт.
В пропасть и в неизбежность,
В водоворот
Падаем, милый мой, падаем.
Да.
Держи меня крепко очень
… И близко.
Наше дыхание жадное
сквозь НИ-КО-ГДА.
… А небо сегодня ночью
Так низко …
Copyright: Наталья Первова, 2013
Свидетельство о публикации 113 010 709 010
Мы раздали долги,
Мы простили врагов,
Мы замкнули круги
И не слышим волхвов…
* * *
Только Светлая длань
Манит нас и зовет,
Ведь Душа - это дань
За Вселенский полет.
* * *
Этот Мир не для нас,
Есть Другие Миры…
В сотни, тысячи фраз
Не опишешь Пиры -
* * *
Где сомнения - прочь -
Лишь один Позитив.
Нам уже не помочь -
Мы - Его креатив!!!
РУССКИЙ БОГ
Мы жили дружно, чтили Веды,
Писанья мудрости святой,
А сокол Финист, сын Победы,
И Птица Сва вели нас в бой.
Но нынче день, что ночь зимою,
Путь к Храму Истины забыт,
Ворам - легко, ушли герои,
И Русский Сокол в небе сбит.
Я - Русский Бог - блюститель Прави,
Закона мира и добра,
Что Китеж-град хранит от Нави,
От тьмы, до нового Утра!
Кто чтит тот Век, когда народы
Шли к Солнцу точно на Восток,
Тот знает, что одной породы
Избрал людей я - Русский Бог!
Я - Русский Бог, я - князь с Востока,
Я - Индра, Один и Перун,
Дух неминуемого рока,
Творец санскрита, зенда, рун.
Я - Кельт суровый, я - Иранец,
Но прежде я есть Славянин,
Бродяга-викинг и Германец,
Земель арийских господин.
Я - скальд задумчивый, певучий,
Боян, вещавший на Руси.
А ныне воин я могучий,
Когда земля кричит: «Спаси!»
Мы возродим вольнолюбивых племя,
Превыше жизни будет честь,
Настало сильной правды время,
Гремит уж Русской Правды весть!
Проснись же, Русь, от снов и бреда,
От заклинаний колдунов,
И слово праведных: «Победа!» -
Услышим мы среди костров.
Есть истины некрасивые, но над нами стоящие,
Друзья бывают фальшивые, а вот враги - настоящие.
Пусть враги у вас будут фальшивые на все годы предстоящие.
Ваши женщины будут милые, а друзья- настоящие!
пила аспирин растворенный в мартини
чтоб хоть на время забыть обо всем.
Жала на газ в незнакомой машине,
целовала всех тех чьих не знала имен.
Ходила по крышам, курила в квартире.
Просила, кричала-в ответ тишина
я снова одна в этом гребаном мире
поступки и чувства-немая война.
Холодные руки, и робкое хватит,
тошнило от запаха чьихто духов
порой засыпая в холодной кровати,
не видела ярких и радужных снов.
мне часто кричали «должна» и «довольно»
друзья убеждали что скоро пройдет.
В ответ я смеялась, но было так больно
когда ты один и никто не поймет.
Как не терпеть, когда уже сейчас
Под сердцем бьётся новое сердечко…
И у меня теперь две пары глаз,
Две пары рук - мои и человечка.
Ещё он в золотой таится мгле,
Как маковое зёрнышко в земле.
Ещё ему не слышно ни словечка!
Ещё на белом свете нет его,
А он уж правит жизнью материнской.
Чуть шевельнётся, и пронижет искрой
Всё-всё моё большое существо,
Как нежный тайный знак о встрече близкой…
Не боюсь, что разлюбишь меня
Или встретишь другую - уже не боюсь.
Быть любимым, любить -
Вот и все к чему тянутся люди,
Но тревожит одно -
Вдруг однажды я ночью проснусь…
А тебя в моем сердце уже почему-то не будет…
Имануилу Глейзеру
И что за божье наказание? -
жить, будто сам не свой, но жить…
Хлебнув религии казарменной,
самих себя вотще бежим.
Заложник языка эзопова,
читатель зыбкостей меж строк,
ты знал: молчание не золото -
дороже, но молчать не мог.
И всё же, упираясь истово
в кромешный воздух глухоты,
слова, взыскующие истины,
сошли на хрип, сломав хребты,
по звука позвонку рассыпавшись
в облыжном треске немоты,
и связки времени осипшие рвались…
а чем спасался ты?
Городовой, что из японии,
дежурил на твоих устах…
Быть, исповедавшись, непонятым -
вот самый неизбывный страх.
И кто бы нас ни вздумал потчевать
вином и Откровеньем от…
за каждым вздохом многоточие,
лишь алкоголь всё слаще врет.
Не одолеть, не воспротивиться,
не усмирить свою лилит.
Зима, лукавая провидица,
нам мерзлоту в глазах сулит.
Не промахнись же, слушай вьюжное
её наречье за окном:
жизнь - одиночество, и нужно ли -
так нараспашку, и по ком
опять звонит бессонный колокол,
связуя небо и погост? -
он по тебе, а не по ком-нибудь -
ты здесь один под горсткой звезд.
Пока ты дышишь, шарик вертится,
пока идешь, блуждать следам -
ведь ты и есть тот самый первенец,
из глины слепленный адам.
Здесь все - одни, и все мы битые
знобящим опытом утрат,
непониманием, обидами; нам вкус
бессонниц до утра,
солоноватый, вряд ли выветрить
теперь, но неизбывней всё ж всех страхов, залитых поллитрами,
всех перемен скорлуп и кож,
во мне, в тебе вот эта властная,
дарующая непокой,
необходимость сопричастности
одной живой души другой.
Какой безлюдной и чужбинною
ни померещилась бы нам
зима, но рдеет куст рябиновый -
неопалима купина.
И потому - уж как получится,
без вышиванья слов в ажур,
не как случайному попутчику,
тебе, как другу, расскажу
всего себя - с полусиротства,
которым с детства мечен я,
до песенки, что не сотрется,
не канет, сколько б толчея
сует теперь ни гомонила бы, а что за песенка? -
Бог весть,
она напета Бобом Диланом,
её мне ветер пел и весь,
в окно распахнутое пойманный,
едва рождающийся свет -
страшись проститься с ним непонятым;
расслышь в бормочущей листве:
мы одиноки, всяк по-разному,
но упаси нас Бог, скорбя,
жизнь ощутить, как недосказанность,
как умолчание себя…
Вы слышите, все громче воет вьюга.
Прогоним холод, милая подруга:
Не стариковски, ежась над огнем, -
С любовной битвы вечер свой начнем.
На этом ложе будет место бою!
Скорей обвейте шею мне рукою
И дайте в губы вас поцеловать.
Забудем все, что вам внушала мать.
Стыдливый стан я обниму сначала.
Зачем вы причесались, как для бала?
В часы любви причесок не терплю,
Я ваши косы мигом растреплю.
Но что же вы? Приблизьте щечку смело!
У вас ушко, я вижу, покраснело.
О, не стыдитесь и не прячьте глаз, -
Иль нежным словом я смущаю вас?
Нет, вам смешно, не хмурьтесь так сурово!
Я лишь сказал - тут ничего дурного! -
Что руку вам я положу на грудь.
Вы разрешите ей туда скользнуть?
О, вам играть угодно в добродетель!
Затейница! Амур мне в том свидетель:
Вам легче губы на замок замкнуть,
Чем о любви молить кого-нибудь.
Парис отлично разгадал Елену:
Из вас любая радуется плену.
Иная беззаветно влюблена,
Но похищеньем бредит и она.
Так испытаем силу, - Что вы, что вы!
Упали навзничь, умереть готовы!
О, как я рад, - не поцелуй я вас,
Вы б надо мной смеялись в этот час
Одна оставшись у себя в постели.
Свершилось то, чего вы так хотели!
Мы повторим, и дай нам бог всегда
Так согреваться в лучшие года.
Оформленные в стихи, мысли воспринимаются лечге